Фамилия Олеханов — из тех русских фамилий, где за простым звучанием скрывается сразу два возможных источника, и оба ведут к именам с сильным значением «защитник». В её основе лежит имя Олехан — просторечная, народная форма канонических крестильных имён Алексей (греч. «защитник») и Александр («защитник людей»). В живой речи XVI–XVII веков такие усечённые и смягчённые формы были обычным делом: длинные церковные имена перекраивались на русский лад, и Олехан звучал естественнее, чем полное Алексей.

Самый ранний письменный след фамилии обнаруживается в актах первой половины XVI века. Историк С. Б. Веселовский в своих разысканиях по ономастике упоминает бортника Данилу Олеханова из Рязани, датированного 1530 годом. Это драгоценная деталь: она не только отодвигает историю фамилии вглубь веков, но и указывает на социальную среду, где она возникла. Бортник — человек, добывавший мёд диких пчёл, промысел, требовавший смелости и знания леса. Стало быть, уже в первой половине XVI века фамилия бытовала не в книжной, а в живой, рабочей среде, среди людей, чьи занятия были тесно связаны с природой.

Словообразовательная модель проста и прозрачна: к основе Олехан приращивается типичный русский патронимический суффикс -ов, отвечающий на вопрос «чей?». Первоначально Олеханов означало «сын Олехана», «Олеханов потомок». Со временем притяжательное значение стёрлось, и фамилия закрепилась как наследственная, переходя от отца к детям уже безотносительно к личному имени предка.

Любопытно, что имя Олехан не породило единственной фамилии. От него же пошли родственные Олехины, Олеховы, а в некоторых говорах — Олешенковы. Но Олеханов выделяется на их фоне именно своей древней фиксацией: рязанский бортник 1530 года — одно из самых ранних упоминаний среди этого семейства фамилий. Если ваши предки носили эту фамилию, их родословная уходит корнями как минимум в эпоху Василия III, а сам родоначальник, судя по всему, был человеком незнатным, но уважаемым — достаточно заметным, чтобы его имя попало в документы.

Сегодня фамилия встречается преимущественно в центральной России и Поволжье, что косвенно подтверждает её рязанское происхождение. Носителей её не так много, и это скорее плюс для тех, кто занимается генеалогией: при таком раскладе шанс отыскать своих предков по документам выше, чем у обладателей массовых фамилий.