Фамилия Орава — редкий случай, когда слово, ставшее основой, почти не изменилось за века. В современном русском языке «орава» означает шумную, беспорядочную толпу, ватагу. Именно это прозвище — Орава — и легло в основу фамилии. Его мог получить либо крикливый, неспокойный человек, за которым вечно тянулся хвост ребятни, либо, наоборот, главарь большой ватаги — промысловой артели или разбойничьей шайки. В говорах слово имело и более узкое значение: «толпа людей, работающих сообща», так что прозвище могло закрепиться за артельным старостой или просто за работящим мужиком, вокруг которого всегда собирался народ.

Модель образования простейшая и самая распространённая в северных и центральных регионах России: бессуффиксная фамилия, совпадающая с исходным словом. Такие фамилии (Сорока, Ворона, Шуба, Орава) фиксировали прозвище в чистом виде, без патронимических суффиксов -ов и -ин. Это указывает на то, что фамилия могла закрепиться в среде, где прозвище было особенно метким и не требовало «притяжательного» оформления — например, в крестьянской или казачьей среде.

Географически фамилия тяготеет к северо-западу и северу России. Встречается в архангельских, вятских, пермских документах XVII–XVIII веков. В «Ономастиконе» С. Б. Веселовского упомянут крестьянин Орава, живший в начале XVII века в Пермском уезде. Это косвенно подтверждает связь с промысловыми артелями — в тех краях в оравах ходили на лесные и рыбные промыслы.

Интересная деталь: фамилия Орава не имеет отношения к финно-угорским языкам, хотя по звучанию напоминает эстонское «orav» (белка). Это случайное внешнее сходство — русская основа здесь прозрачна. А вот однокоренные фамилии Оравин и Оравкин уже образованы с помощью суффиксов, то есть от того же прозвища, но через патроним («чей сын?» — Оравин). Сама же форма Орава — архаичная, «беспривязная», что делает её особенно ценной для историка языка: она сохранила прозвище в первозданном виде, без грамматической обработки.

Носителей фамилии сегодня немного, она не входит даже в первую тысячу самых частых русских фамилий. Это не умаляет её выразительности: за ней стоит живой образ — шумный, деятельный предок, вокруг которого, по меткому слову, всегда кипела жизнь.