Фамилия Партузенков — редкий случай, когда в основе лежит не имя, не профессия и не географическое название, а, скорее всего, иноязычное прозвище, подвергшееся русской адаптации. Самое правдоподобное объяснение выводит её из немецкого или голландского корня. Если отбросить русский патронимический суффикс -ов, остаётся основа Партузенк-, которая явно не славянского происхождения. Вероятнее всего, это искажённая фамилия Partusen или Partus, к которой добавили типичный для южных и западных губерний Российской империи суффикс -енк(о), а затем уже на русской почве «обрусевший» вариант получил окончание -ов, указывающее на принадлежность («чей?» — Партузенков).

Вторая версия, менее убедительная, но имеющая право на существование, связывает фамилию с тюркским словом «партуз» (возможно, диалектное название какой-либо ткани или предмета одежды). Однако никаких устойчивых следов такого прозвища в русской ономастике нет. Гораздо логичнее предположить, что предок носителя фамилии был выходцем из немецких колонистов, которых в XVIII–XIX веках массово приглашали в Россию. Фамилии вроде Партус, Партузен, Партузенко встречаются в Поволжье и на юге страны — в тех регионах, где селились иностранные специалисты (ремесленники, аптекари, управляющие).

Словообразовательная модель здесь необычна: двойная суффиксация. Сначала малороссийский (украинский) суффикс -енко, который обозначал «сын» или «потомок» (Партузенко — сын Партуза), а затем, при переходе в великорусскую среду, фамилию «дооформили» суффиксом -ов, чтобы она вписалась в привычную парадигму склонения. Такое встречалось, когда носитель переселялся из чернозёмных губерний в центральные или северные, или при записи в ревизские сказки писарь «обрусил» украинскую фамилию.

Географически фамилия Партузенков крайне редкая. По данным современных справочников, её носители в основном сосредоточены в Курской, Белгородской и Воронежской областях, что косвенно подтверждает версию о переселении из западных регионов. Социальный состав предков, скорее всего, был смешанным: от однодворцев (потомков служилых людей на южной границе) до государственных крестьян, среди которых и селились обрусевшие потомки иностранцев.

В этимологических словарях фамилия не фиксируется из-за редкости, но по аналогии с однокоренными (Партусов, Партузенко) можно с уверенностью говорить о её искусственном происхождении: это не прозвище, данное в быту, а фамилия, возникшая при документальном оформлении человека с нерусским корнем.