Фамилия Пестеха — редкая и с неочевидной этимологией. С первого взгляда напрашивается связь с фамилией декабриста Павла Пестеля, но это не так. В основе Пестехи лежит не немецкая, а славянская лексика, и ключ к разгадке — в суффиксе «-еха».

Такая модель образования (-ех(а)) типична для украинских, белорусских и южнорусских прозвищ, часто с оттенком просторечия или иронии. Сравните: Суета — Суетеха, Гуляй — Гуляеха, Плакса — Плаксеха. Значит, Пестеха — это прозвище, образованное от глагола или существительного «пест(и)». Самый прямой вариант — от слова «пест» (предмет для толчения в ступе). Прозвище Пест или Пестеха могли дать крепкому, коренастому человеку, которого сравнивали с тяжелым пестом. Либо — от глагола «пестовать» (нянчить, заботливо выращивать). Тогда Пестеха — нянька, воспитатель, пестун. В украинском языке есть слово «піст» (пост), но маловероятно, что прозвище дали за религиозное рвение: суффикс «-еха» обычно прикреплялся к именам с экспрессивной, а не церковной окраской.

Вторая, более сложная версия — от глагола «пести» (нести) в диалектном произношении. В некоторых говорах «пести» означало «нести, тащить». Тогда Пестеха — носильщик, человек, который постоянно что-то переносит, или тот, кто «несет» на себе тяжелую ношу в переносном смысле.

Фамилия заведомо недворянская. Она бытовала в крестьянской и мещанской среде. Встречается в основном на территории исторической Слобожанщины (современные Харьковская, Сумская области Украины) и в прилегающих районах России (Белгородчина, Курщина). Там же, кстати, фиксируется фамилия Пестель, но с другим корнем — она восходит к немецкому «Pestel» (чума) или названию города Пестель в Венгрии. Пестеха и Пестель — разные фамилии, их смешение — ошибка.

Таким образом, предок носителя фамилии Пестеха — скорее всего, человек из южнорусского или украинского села, которого в глаза или за глаза называли Пестехой за его манеру «пестовать» детей, за коренастую фигуру (пест) или за привычку постоянно что-то тащить (пести). Фамилия осталась редкой, не перешла в дворянские роды и сохранила память о простом, но ярком прозвище.