Фамилия Питруськин — редкий пример, где необычное звучание объясняется не иноязычным корнем, а местной диалектной переделкой. В её основе лежит каноническое имя Пётр (от греческого «петрос» — камень), но путь, который оно прошло, заслуживает отдельного разбора.

Ключ к фамилии — суффикс -ин и основа Питруськ-. В русской ономастике суффикс -ин, в отличие от -ов, крепится к основам, оканчивающимся на гласный или мягкий согласный, и указывает на принадлежность: «чей?» — Питруськин, то есть сын или потомок Питруськи. Само имя Питруська — это обиходная форма от Пётр, но не литературная Петруська, а именно диалектная, с заменой «е» на «и» под влиянием акающих говоров (южнорусских, белорусских). В тех краях имя Петро в быту звучало как «Питро», отсюда и уменьшительные: Питруня, Питрусь, Питруська.

Таким образом, Питруськин — это типичная «фамилия-отчество» от прозвищной формы имени. Она образовалась в среде, где имя Пётр произносили на местный манер, и закрепилась в документах именно в таком виде. Подобные варианты (Питрушин, Питрухин) встречаются в псковских, смоленских и брянских записях XVII–XVIII веков — регионах, где аканье было нормой, а имя Петро — обычным.

Словообразовательно фамилия проста: суффикс -ин добавляется к основе, и никаких дополнительных наращений не требуется. Это отличает её, скажем, от Питруськина (с суффиксом -к-) — но здесь -к- входит в состав самого прозвища. Носитель фамилии мог быть крестьянином или мещанином: в дворянской среде такие «простые» формы на -ин от некалендарных уменьшительных имён почти не встречались.

Если сравнивать с однокоренными, то Питруськин стоит в одном ряду с Петруськиным, Петрушиным, Петрухиным — но с характерным диалектным сдвигом. Фамилия не получила широкого распространения, осталась локальной. Её редкость — прямое следствие того, что форма «Питрусь» не стала общеупотребительной, а закрепилась лишь в узком кругу говоров.