Фамилия Пладо — редкий случай, когда написание и произношение не дают однозначной подсказки о происхождении. В русском ономастиконе нет типичного суффикса (-ов, -ин, -ский), который привязал бы фамилию к определённой территории или сословию. Скорее всего, перед нами фамилия, попавшая в русскую среду извне, причём не через стандартную адаптацию, а в почти неизменном виде.

Самая вероятная версия — итальянские корни. В Италии фамилия Plado встречается, хоть и не массово, и может восходить к прозвищу от слова plado (диалектный вариант piatto — «тарелка, блюдо»). В таком случае предок мог быть гончаром, торговцем посудой или человеком с круглым, «тарельчатым» лицом. Другая итальянская возможность — топонимическая: от названия местечка Пладо (например, Пладо-ди-Локана в провинции Бергамо). В XIX веке в Россию приезжало много итальянских мастеров — архитекторов, строителей, музыкантов. Фамилия могла закрепиться за потомками такого специалиста.

Менее вероятна, но не исключена связь с испанским или португальским plado (устаревшее «спор, тяжба»). В этом случае фамилия указывала бы на сутяжника или судебного чиновника. Однако для русского бытования такая семантика маловероятна: фамилии на -о в испанском языке обычно не оканчиваются, а португальские формы в России единичны.

Не стоит исключать и версию искусственного происхождения. В семинарской среде фамилии нередко придумывали из латинских или греческих корней. Латинское plaudo (хлопать, аплодировать) могло превратиться в Пладо — как звучная, «благородная» фамилия для выпускника духовного училища. Но это лишь гипотеза: прямых подтверждений в списках семинарских фамилий нет.

География фамилии Пладо в России крайне узкая. Встречается она преимущественно на юге страны — в Краснодарском крае и Ростовской области, что косвенно подтверждает версию о переселенцах из средиземноморских регионов (греки, итальянцы) или о потомках иностранных специалистов, осевших в черноморских портах. Поскольку фамилия не склоняется и не имеет «русского» окончания, её носители, скорее всего, сохраняли память о нерусском происхождении как минимум до начала XX века.