Фамилия Подсекира — яркий пример того, как прозвище, данное за конкретное действие или занятие, закрепилось в родовом имени. Её основа — глагол «подсекать» в значении «подрубать, подрезать». Слово «секира» (топор) здесь прямо указывает на орудие труда, а приставка «под-» уточняет характер действия: подсечь, подрубить что-то снизу.

Скорее всего, прозвище Подсекира получил человек, чья работа была связана с топором. Это мог быть лесоруб, который подсекал деревья перед валкой, или плотник, подтесывающий брёвна. В крестьянском быту топор был главным инструментом, и меткое прозвище по действию — «подсекающий секирой» — легко превращалось в фамилию. Другая, менее вероятная версия связывает фамилию с военным делом: «подсечь» могло означать подрубить врага секирой в бою, но для прозвища это слишком описательно и неестественно для разговорной речи.

Фамилия образована по продуктивной модели «глагол в повелительном наклонении + существительное» (ср. Горислав, Держидерево). Суффикс -а в конце — не фамильный, а часть исходного прозвища, которое в устной речи звучало как «Подсекира». В русской ономастике такие фамилии относятся к так называемым «полуименам» — они не получили типичного суффикса -ов/-ев или -ин, а застыли в форме чистого прозвища. Это редкий тип, характерный для украинских и южнорусских земель, где фамилии часто фиксировались без дополнительных суффиксов.

Географически фамилия Подсекира встречается преимущественно в Украине и на юге России — в Курской, Белгородской, Воронежской областях. Это подтверждает её связь с украинской или южнорусской диалектной средой, где слово «секира» было обычным названием топора, а глагол «підсікати» — распространённым. В северных говорах чаще говорили «топор», что делает фамилию Подсекира маркером определённого ареала.

В отличие от фамилий с суффиксами -ов/-ев, которые указывают на принадлежность отцу (чей сын?), Подсекира — прямое прозвище, которое не изменилось при передаче детям. Это говорит о том, что прозвище было очень стойким и, возможно, закрепилось в документах уже в XVI–XVII веках, когда на Руси начали массово фиксировать фамилии без изменений. Словарь русских фамилий Б. Унбегауна относит такие формы к «нестандартным», подчёркивая их древность и связь с прозвищами, а не с отчествами.