Фамилия Подшивалкина — женская форма мужской фамилии Подшивалкин. В русской ономастике это типичная «ремесленная» фамилия, образованная от названия профессии или прозвища. Её основа — глагол «подшивать». В старину «подшивалой» называли мастера, который занимался подшивкой — чаще всего подшивал подкладку к одежде, валенки войлоком или, в более широком смысле, чинил обувь и кожу. В словаре В. И. Даля «подшивалка» — это и инструмент сапожника, и сам мастер. Таким образом, предок носительницы фамилии был, скорее всего, портным, сапожником или скорняком, специализировавшимся на подшивке.

Словообразовательная модель здесь редкая и показательная. Суффикс -к- в основе «Подшивалк-ин» (а не более распространённое -ник или -льщик) указывает на разговорное, простонародное происхождение прозвища. В русских говорах суффикс -к(а) часто придаёт слову оттенок действия или орудия (например, «точилка», «вешалка»), но в прозвищах он мог обозначать самого человека по его занятию: «подшивалка» — тот, кто постоянно подшивает. Фамилии на -ин закономерно образованы от слов женского рода или от прозвищ с окончанием -а: Подшивалка → Подшивалкин. Сравните с однокоренными фамилиями Подшивалов (от «подшивало», мужской род) или Швецов, но Подшивалкин стоит особняком — её основа сохранила уменьшительно-профессиональный суффикс.

Географически фамилия Подшивалкин (и Подшивалкина) встречается преимущественно в центральных и северных регионах России, особенно в бывших Вятской, Костромской и Архангельской губерниях. Это косвенно подтверждает связь с сапожным ремеслом: именно там было развито валяльное и кожевенное производство. В документах XVIII–XIX веков Подшивалкины часто числились среди государственных крестьян и мещан — то есть не были ни дворянами, ни крепостными, а относились к податным сословиям, кормившимся ремеслом. Фамилия недворянская, что типично для «профессиональных» прозвищ.

Стоит упомянуть и альтернативную, менее вероятную версию. В некоторых говорах «подшивалкой» называли не мастера, а деталь — например, подкладку или заплатку. Тогда прозвище могло закрепиться за человеком, который носил сильно латаную одежду или сам был «латаным» в переносном смысле. Но эта гипотеза слабее: прозвища по орудиям труда (иголка, шило) встречаются реже, чем по профессиям, а активный суффикс -к- в прозвищах чаще указывает на деятеля. Поэтому версия с ремеслом — основная и самая правдоподобная.