Фамилия Помидоров — один из ярких примеров того, как русская фамилия может быть образована от названия овоща, но с неожиданным подтекстом. На первый взгляд кажется, что предок был огородником или торговцем помидорами, но это лишь одна из версий, и не самая вероятная.

Главная загадка — время появления фамилии. Помидоры стали привычной культурой в России только в XIX веке, а до этого их считали декоративным растением и даже ядовитым. Массовое огородничество и торговля помидорами не могли дать фамилию раньше середины XIX столетия. Однако русские фамилии крестьян и мещан в основном оформились к концу XVIII — началу XIX века. Значит, «Помидоров» мог возникнуть либо позже, в эпоху, когда помидоры уже вошли в быт, либо его основа — не сам плод, а прозвище.

Более правдоподобная версия отталкивается от слова «помидор» в переносном смысле. В русских говорах «помидором» могли дразнить человека с красным, румяным лицом, особенно если он был краснощёк или любил краснеть от смущения. Такое прозвище — «Помидор» — легко закреплялось за внешностью, а затем превращалось в фамилию через суффикс -ов. Это типичная модель: Белов — от «белый», Чернов — от «чёрный», а Помидоров — от «помидор» как цветовой характеристики.

Морфологически фамилия проста: основа «помидор» плюс патронимический суффикс -ов, указывающий на принадлежность («чей?» — Помидоров). Встречаются и варианты Помидоровский (с более поздним, «дворянским» суффиксальным оформлением), но Помидоров — самая прямая и народная форма.

С географией сложно: фамилия редкая, не имеет чёткого «гнезда» в одном регионе. Можно предположить, что она чаще встречалась в южных губерниях, где помидоры выращивали раньше и активнее, но документальных подтверждений этому нет. В словарях русских фамилий (например, у Б. Унбегауна) Помидоров не упоминается среди типичных «овощных» фамилий вроде Капустин или Огурцов, что косвенно подтверждает её позднее или прозвищное происхождение.

Итак, носитель фамилии Помидоров, скорее всего, потомок человека, которого за красное лицо прозвали Помидором. Огородная версия возможна, но менее убедительна хронологически. В любом случае, фамилия — живой след того, как русский язык превращал бытовые наблюдения в родовые имена.