Фамилия Преблагина — редкий случай, когда в основе лежит не имя и не профессия, а прозвище, построенное на смысловом контрасте. Она образована от прозвища Преблага, а то, в свою очередь, — от слова «благо». В церковной среде благом называли всё доброе, хорошее, путное и полезное, поэтому Преблагой могли величать человека праведного, живущего по совести. Но народная речь вносила свою поправку: прилагательное «благой» в разговорном обиходе нередко означало взбалмошного, вспыльчивого, крикливого и своенравного человека. Так что фамилия с виду «сладкая» могла закрепиться и за человеком с тяжёлым характером.

Приставка пре- здесь усиливает значение: Преблага — это не просто «благая», а «весьма благая», доведённая до крайней степени качества. Такая модель характерна для народных прозвищ, где приставка служила эмоциональным усилителем. Интересно, что в одном и том же слове соединились два противоположных смысла: книжный, церковный, и разговорный, бытовой. Какая из версий верна для конкретного предка, теперь не установить — но обе правдоподобны, и обе говорят о том, что прозвище цеплялось к человеку за яркую черту, будь то ангельское терпение или взрывной нрав.

Суффикс -ин указывает на притяжательную форму: Преблагин — это «сын Преблаги», «из семьи Преблаги». Такая модель типична для русских фамилий, образованных от прозвищ, оканчивающихся на -а. Со временем прозвище закрепилось как основное именование человека, а затем перешло в фамилию, которую унаследовали потомки. Сегодня фамилия встречается нечасто, что делает её особенно ценной для семейной истории: она хранит память о том, каким видели предка окружающие — добрым ли, своенравным ли, но точно не незаметным.