Фамилия Приститоркапин — уникальный случай в русской ономастике. Она почти наверняка искусственного происхождения, то есть не складывалась веками из прозвища или ремесла, а была придумана или записана при каких-то особых обстоятельствах. В её основе лежит латинское слово «praestitor» (заимодавец, дающий взаймы) и, возможно, греческое «kapēlos» (мелкий торговец, кабатчик). Вместе эти корни могли означать что-то вроде «ростовщик-лавочник» или «торговец, дающий в долг».

Словообразовательная модель необычна: окончание «-ин» указывает на принадлежность («чей?» — Приститоркапин), но основа длиной в 12 букв нетипична для русских фамилий. Обычно такие длинные основы получаются из прозвищ-словосочетаний (например, «Долгорукий»). Здесь же мы видим склеивание двух иноязычных понятий. В России XVIII–XIX веков среди духовенства была мода на «учёные» фамилии из латыни и греческого — семинаристы получали фамилии вроде «Бенедиктов» или «Сперанский». Приститоркапин могла возникнуть именно в такой среде, как шуточное или намеренно вычурное прозвище для человека, связанного с торговлей или деньгами.

География фамилии крайне узкая. По открытым данным, единичные носители встречаются в центральной России и на Урале. Это подтверждает версию об искусственном происхождении: фамилия не разошлась широко по крестьянским общинам, а осталась у одной семьи, возможно, потомков того самого семинариста или приказчика.

Спорных версий здесь почти нет — фамилия настолько редкая, что её корни можно вывести только через лингвистический анализ. Попытки связать её с русским словом «пристать» или «торкать» не выдерживают критики: тогда бы основа звучала иначе. Единственная правдоподобная гипотеза — это книжная, «кабинетная» фамилия, созданная из двух заимствованных корней. По сословной принадлежности предки, скорее всего, были из духовенства или купечества, где ценили грамотность и знание языков.