Фамилия Пуховиченковичков — один из самых ярких примеров того, как русская словообразовательная модель может «накрутить» суффиксы до почти комической длины. В основе лежит прозвище или имя Пуховик, которое, в свою очередь, происходит от слова «пух» — легкий, мягкий, возможно, пухлый человек или тот, кто торговал пухом и пером. Но главная особенность этой фамилии не в корне, а в её «матрешке»: к основе Пуховик добавили сначала суффикс принадлежности -ович (обычно образующий отчества), затем ещё один, уменьшительный -енк(о), а потом и третий, притяжательный -ов. В итоге получилась фамилия, которая буквально означает «сын того, кто был сыном Пуховика». Такая многоступенчатая конструкция — редкость. Обычно фамилии на -ович/-евич застывают в форме отчества (Иванович), но здесь её «удлинили» до полноценной фамилии через украинский или белорусский суффикс -енко и финальное русское -ов.

Вероятнее всего, фамилия возникла в среде, где смешивались разные восточнославянские традиции именования. Первая часть — Пуховиченко — могла быть украинской или белорусской фамилией (по модели «чей сын?» — Пуховиченко). Когда носитель такой фамилии переселился в великорусские губернии, его потомков могли записать «под русификацию», добавив стандартный русский суффикс -ов. Так Пуховиченко превратился в Пуховиченкова, но в разговорной речи или при переписи фамилию могли «нарастить» ещё одним суффиксом, получив двойную притяжательность. Длинные фамилии такого типа — маркер позднего оформления: их носители, скорее всего, не принадлежали к дворянству (там фамилии короче и стабильнее), а были крестьянами или мещанами, чью фамилию чиновники или священники записывали «с голоса», не задумываясь о грамматической экономии.

Географически фамилия редкая и почти не встречается в классических справочниках. Её можно найти в отдельных записях по южнорусским областям (Курская, Воронежская губернии) или в регионах, граничащих с Украиной, где фамилии на -енко были нормой. В современной России она практически исчезла — носителей, скорее всего, единицы. Это делает её ценным материалом для ономастов: на примере Пуховиченковичкова видно, как язык «перестраховывался», создавая фамилию, которая однозначно отвечала на вопрос «чей ты?» — и отвечала трижды.

Если отбросить иронию, такая фамилия — не ошибка и не шутка, а живой документ эпохи, когда фамилии ещё не устоялись, и человек мог получить прозвище, от которого его дети и внуки строили новые, всё более длинные варианты. В ней нет ни капли аристократизма, зато есть чисто народное стремление к точности: «я не просто Пуховик, я внук Пуховика, и это видно из моего имени».