Фамилия Релушко — редкая и неочевидная с точки зрения происхождения. Её носители, скорее всего, имеют украинские или белорусские корни, на что указывает характерный суффикс -ко. В восточнославянской ономастике этот суффикс типичен для украинских фамилий (как Шевченко, Бойко) и часто встречается в белорусских, обозначая принадлежность или уменьшительность. Основа Релуш- в русском и украинском языках не имеет прямого словарного значения, поэтому здесь стоит искать либо диалектное слово, либо искажённое имя.

Наиболее правдоподобная версия — связь с личным именем или прозвищем, образованным от глагола «реветь» или «рело» (устар. «орать», «кричать»). В украинских говорах «релуш» могло быть прозвищем крикливого, шумного человека или, наоборот, плаксы. Подобные прозвища часто давали детям по поведению, а затем они закреплялись как фамилии. Суффикс -ушк- (Релушко) — уменьшительно-ласкательный, что типично для украинских фамилий, образованных от прозвищ: например, Малушко (от «малый»), Гришко (от Григорий). Таким образом, Релушко могло означать «сын или потомок Релуша», где Релуш — это ласкательное прозвище от «ревуна».

Менее вероятная, но возможная версия — искажение фамилии от имени Роман или Родион через диалектные формы. В некоторых белорусских говорах «рэлуш» могло быть вариантом имени Роман (Рэлуш — Рэлушка). Однако эта гипотеза слабее, так как для неё нет прямых диалектных подтверждений, а суффикс -ко чаще крепится к основе, а не к целому имени.

Географически фамилия Релушко встречается крайне редко, в основном на западе Украины и в южной Беларуси. В дореволюционных переписях она почти не фиксируется, что говорит о её локальном или позднем оформлении. Сословно носители, скорее всего, были крестьянами или мещанами — фамилии на -ко в этих регионах часто принадлежали простым людям и редко дворянам.

Таким образом, ваш предок, вероятно, получил прозвище Релуш за голосистость или эмоциональность, а его дети и внуки стали Релушко. Фамилия сохранила живую черту характера — и, возможно, через неё можно представить себе человека, которого в деревне знали как «того, кто громко плакал или кричал».