Фамилия Рейбакоз — один из тех редких случаев, когда написание подсказывает разгадку быстрее, чем звучание. Если произнести её вслух, слышится что-то «ребяческое» или «рыбацкое», но запись выдаёт иноязычную основу. Скорее всего, перед нами пример фамилии, возникшей на стыке культур — немецкой и русской, а точнее, при адаптации немецкой фамилии в русской среде.

Первый и самый очевидный шаг — разбить слово на части. Корень «Рейб» (Reib) в немецком языке означает «трение», «тереть». Глагол reiben — тереть, натирать. От него образованы названия профессий: например, Reiber — тот, кто трёт, точильщик, шлифовщик. Второй элемент «-акоз» — это типичный русский суффикс -ов, приставленный к иноязычной основе, но в необычной огласовке. Немецкая фамилия Reibach или Reibak, попав в русские документы, получила окончание -ов по модели «чей? — Рейбаков». Однако на письме закрепился вариант «Рейбакоз» — это может быть следствием диалектного произношения (цоканья, когда «ц» звучит как «з») или просто ошибки писаря, который записал фамилию на слух, не зная немецкого. В немецком суффикс -ach или -ak часто указывает на принадлежность к местности или роду занятий.

Вероятнее всего, предок носителя фамилии Рейбакоз был немецким колонистом, переселившимся в Россию в XVIII–XIX веках. В Поволжье, Причерноморье или на Волыни было много немецких поселений, где фамилии на -ов адаптировались к местной грамматике. Профессия «Рейбер» (точильщик, шлифовщик) или «Рейбах» (житель местности с названием Reibach) могла стать основой. Другая, менее вероятная версия — связь с еврейской фамилией Рейбак (от идиш reibe — репа), но в таком случае окончание -оз выглядит чужеродным.

Географически фамилия встречается крайне редко, в основном в записях XIX — начала XX века на юге России и в Сибири, куда ссылали или переселяли немцев. В современных справочниках она практически не фиксируется, что говорит о сильном изменении написания (например, в сторону «Рейбаков») или угасании рода. Уникальность фамилии в том, что она сохранила в написании «з» вместо ожидаемого «в» — это как раз та деталь, которая выдает руку писаря, не знакомого с немецким, и позволяет реконструировать путь фамилии из Германии в русскую деревню.