Фамилия Себякин почти наверняка указывает на географическое происхождение предка, а не на черты его характера. Наиболее правдоподобная версия связывает её с рекой Себякой, протекающей на территории бывшего Эвенкийского автономного округа. Выходец с её берегов получал прозвище Себяка, а его потомки становились Себякиными. Такая модель — когда именование по реке или местности превращалось в фамилию — одна из древнейших в славянской традиции, и она куда убедительнее, чем попытка вывести основу от местоимения «себя».

Впрочем, лингвистическая версия с «себя» тоже имеет право на существование, хотя и выглядит вторичной. Если следовать ей, то Себякой в народе могли прозвать человека эгоистичного, зацикленного на собственной персоне. Прозвища, отражающие поведение, на Руси давали охотно, но в паре с явным топонимическим следом они проигрывают. Слишком уж конкретный ориентир — река с почти уникальным названием — чтобы от него отмахиваться.

Обратите внимание на суффикс: -ин указывает на принадлежность, то есть буквально фамилия отвечает на вопрос «чей сын?» — сын Себяки. Это типичная притяжательная модель, которая закрепилась в русских фамилиях раньше, чем дворянские -ские и -ов/-ев. В этом смысле Себякины носят архаичный, но очень устойчивый тип фамильного имени, распространённый в северных и сибирских говорах, где оседали выходцы из разных уголков страны.

Точное время возникновения фамилии установить сложно: фамилии в крестьянской среде окончательно закрепились только к XIX веку, хотя прозвища могли передаваться и раньше. Если предок действительно пришёл с берегов сибирской реки, то родство с этим местом могло сохраняться в памяти несколько поколений, прежде чем превратилось в официальное родовое имя. В любом случае, перед нами редкий пример фамилии, которая почти не имеет параллелей в центральной России, что делает её ценным маркером для генеалогического поиска.