Фамилия Секетин — редкая и неочевидная с точки зрения происхождения. Её основа не связана ни с популярными календарными именами, ни с распространёнными ремеслами, поэтому разбор приходится начинать со звучания и суффикса. Суффикс -ин указывает на притяжательную модель: «чей?» — Секетин, то есть сын или потомок человека по прозвищу Секета. В русских фамилиях на -ин часто закреплялась форма, образованная от имени или прозвища с окончанием на -а/-я: Гаврила — Гаврилин, Фома — Фомин. Здесь исходная форма — Секета.

Самая правдоподобная версия связывает прозвище Секета с южнорусским или украинским словом «секета» — так в некоторых говорах называли секущий, рубящий инструмент, а также человека резкого, отрывистого в общении. В этом случае прозвище могло закрепиться за плотником, дровосеком или просто за человеком с крутым нравом. Менее вероятна, но возможна связь с диалектным «секетать» — говорить быстро и сбивчиво, что давало бы прозвище болтуну или скороговорнику.

Фамилия Секетин практически не встречается в центральных и северных областях России. Её география тяготеет к югу — к Курской, Воронежской, Ростовской областям, а также к украинским землям. Это характерно для фамилий с основой, не вошедшей в общерусский литературный язык, но сохранившейся в говорах. В официальных документах XIX века носители фамилии чаще всего числились государственными крестьянами или однодворцами — потомками служилых людей, осевших на южных рубежах.

В написании фамилия стабильна: двойное «т» в корне нехарактерно для русских фамилий, но здесь оно объяснимо — основа Секет- плюс суффикс -ин. Встречающийся изредка вариант Секетин (с одной «т») — скорее всего, результат упрощения при записи, а не отдельная ветвь. Известных носителей с этой фамилией в истории и культуре нет, что делает её типичной для крестьянской среды, не попавшей в биографические справочники.