Фамилия Семиюда — редкая, и её разбор начинается не с корня, а с необычного суффикса. В русских фамилиях редко встречается окончание -юда, оно характерно для украинской и белорусской ономастики. Скорее всего, перед нами фамилия западнорусского или украинского происхождения, где суффикс -юда мог выполнять ту же роль, что и более привычные -ук, -енко: указывал на принадлежность или родство.

Основа фамилии — числительное «семь» (или «семи-»). В славянских прозвищах числовые основы часто давали людям по росту, возрасту в семье или по количеству детей. Семиюда могло быть прозвищем седьмого ребёнка в большой семье — того, кто родился седьмым по счёту. Такая модель распространена: Семак, Семашко, Семериков — все они отсылают к числу семь.

Есть и другая версия, менее вероятная: прозвище могли дать человеку, который «семь юд» прошёл, то есть много горя или дорог испытал (юдоль — страдание, трудный путь). Но в разговорной речи слово «юдоль» редко становилось основой для прозвища, да и числительное «семь» в таком контексте выглядит натянуто. Поэтому версия с седьмым ребёнком правдоподобнее.

Фамилия не получила широкого распространения. В дореволюционных переписях и современных базах носители Семиюды встречаются в основном на западе России и в Беларуси — в Витебской, Могилёвской, Смоленской губерниях. Это подтверждает её локальный, почти деревенский характер: такие фамилии редко уходили далеко от места, где прозвище дали первому предку.

С точки зрения словообразования, фамилия могла закрепиться в форме «Семиюда» без типичного русского суффикса -ов/-ин, что тоже указывает на украинское или белорусское влияние. В русской среде её могли бы переделать в Семиюдин, но этого не произошло — фамилия сохранилась в исходном, «прозвищном» виде.