Происхождение
Фамилия Шантырева
Фамилия Шантырева — женская форма фамилии Шантырев, и её происхождение упирается в редкое и неочевидное прозвище. В русских фамилиях суффикс -ев (вариант -ов после мягких и шипящих согласных) указывает на принадлежность: Шантырев — сын Шантыря. Значит, искать нужно корень «шантыр-».
Здесь сразу две версии, и обе имеют право на жизнь.
Первая, наиболее вероятная, связывает основу с диалектным словом «шантырь» или «шандырь». В говорах Русского Севера, особенно в Архангельской и Вологодской губерниях, так называли невысокого, коренастого человека, а иногда — непоседу или шатуна. Слово звукоподражательное, близкое к «шандать» — идти вразвалку, шаркать. Прозвище Шантырь могли дать либо за характерную походку, либо за крепкое, приземистое телосложение. Фамилия, таким образом, могла закрепиться именно в северных регионах, что подтверждается её встречаемостью в старых переписях Вятки и Пермской губернии — зон поздней северной колонизации.
Вторая версия — тюркская. В татарском и башкирском языках есть основа «шан» (слава, известность) и аффикс «-тыр», образующий глаголы. Гипотетическое имя Шантыр могло означать «тот, кто прославляет» или «прославленный». Однако эта этимология слабее: для русской фамилии характерен именно суффикс -ев, а не -ов, что говорит о мягкой основе (Шантырь, а не Шантыр). Тюркские имена на твёрдый согласный дали бы фамилию Шантыров. Поэтому «северная» версия выглядит предпочтительнее.
Что касается сословной принадлежности, фамилия не боярская и не княжеская. Шантыревы — почти наверняка потомки крестьян или посадских людей. В документах XVIII–XIX веков носители фамилии фиксируются как государственные крестьяне и мещане в Вятской и Казанской губерниях. Дворянских родов с такой фамилией не обнаружено.
Интересная деталь: написание «Шантырева» с буквой «ы» после «т» — относительно позднее, орфографическое. В старых метрических книгах встречается вариант «Шантирев» (через «и»), что сближает фамилию с диалектным произношением слова «шантырь» — с редуцированным гласным. Это ещё один аргумент в пользу народного, а не книжного происхождения.