Фамилия Шарубнев звучит необычно, и её разбор — хороший пример того, как редкая словообразовательная модель может рассказать о происхождении больше, чем очевидный корень. Главная загадка здесь — не основа, а суффикс.

Перед нами типичная «патронимическая» фамилия, то есть образованная от имени или прозвища отца. Модель проста: прозвище Шарубень → притяжательное прилагательное «Шарубнев» (чей сын?) → закреплённая фамилия. Суффикс -ев стандартно присоединялся к основам на мягкий согласный (как в фамилиях Корень — Коренев, Зверь — Зверев). Мягкий знак на конце исходного прозвища — характерная черта: такие формы на -ень (Вячеслав — Славень, корень — Корень) в русской антропонимии встречались нечасто, но устойчиво, чаще в северных и центральных говорах.

Теперь о корне. Самая правдоподобная версия связывает фамилию с диалектным глаголом шарубить или шарубать. В русских говорах (особенно рязанских, тамбовских, владимирских) это слово означало «скрести, тереть, царапать, чистить», а также «делать небрежно, кое-как, шабровить». Отсюда «шарубень» — человек, который скребёт, чистит (например, рыбью чешую или кожу), либо, в переносном смысле, неряшливый работник, который «шарубит» наспех. Прозвище могло закрепиться за рыбаком, кожевником, банщиком или просто за человеком с неаккуратной манерой работы.

Менее вероятна, но возможна связь с украинским или белорусским шарувати (тереть, мыть, чистить) — в этих языках слово тоже активно. Тогда фамилия могла возникнуть на западнорусских территориях и позже распространиться на восток. Версия с тюркским корнем (от «шару» — круг, или имени Шару) выглядит натянутой: суффикс -ень для тюркских заимствований в русских фамилиях нетипичен, а основа без такого суффикса дала бы форму Шаруев.

Географически фамилия Шарубнев редкая, но встречается в основном в центральной России и Поволжье, что косвенно подтверждает её русское диалектное происхождение. Сословного барьера у неё не было: прозвище могли дать и крестьянину, и ремесленнику. Сегодня носителей фамилии мало, и это тот случай, когда редкая словообразовательная модель — «прозвище на -ень + -ев» — сохранила для нас бытовое слово, почти исчезнувшее из живой речи.