Фамилия Широкобрюхов — яркий пример того, как русское прозвище, данное по внешности, закрепилось в качестве родового имени. В основе лежит прилагательное «широкобрюхий», то есть человек с широким, большим животом. Такие прозвища на Руси давали без обидного оттенка, скорее как констатацию приметной черты: сытый, дородный, крепкий мужчина. В быту «брюхом» называли не только живот, но и вообще чрево, утробу, так что прозвище могло относиться и к человеку с крупной фигурой.

Словообразовательная модель типична для русских фамилий: основа прилагательного «широкобрюх-» плюс суффикс -ов, указывающий на принадлежность. Буквально Широкобрюхов — «сын Широкобрюха». Суффикс -ов самый распространённый в России, он формировал фамилии от прозвищ, оканчивающихся на твёрдый согласный. Менее вероятна версия, что в основе лежит не прозвище, а географическое название — на карте не зафиксировано селений с корнем «Широкобрюх-», в отличие, скажем, от Широкого или Брюхово.

Интересная деталь: фамилия Широкобрюхов встречается гораздо реже, чем её «собратья» по модели — Широков или Брюхов. Это говорит о том, что прозвище было более индивидуальным, не массовым. В переписях XVII–XVIII веков такие фамилии чаще фиксировались в центральных и южнорусских областях, где было развито земледелие и прозвища давали по дородности, как признаку достатка. Сословно предки Широкобрюховых, скорее всего, относились к крестьянам или посадским людям — у дворян редко закреплялись столь «телесные» прозвища.

Единственная спорная версия — связь со словом «брюхо» в значении «выпуклость, горб» (например, у печи или сосуда). Но она маловероятна: прозвища людей обычно образовывались от прямых, а не переносных значений. Так что если вы встретили Широкобрюхова, перед вами потомок человека, которого в округе запомнили как видного, широкого в поясе. Никакой тайны, только живая русская наблюдательность.