Фамилия Шолудяков — редкий случай, когда разговорное прозвище почти без изменений перешло в официальную фамилию, сохранив свою южнорусскую или украинскую окраску. В её основе лежит слово «шолудь» — так в южных и западных говорах называли паршивого, шелудивого человека, то есть того, чья кожа или голова была покрыта струпьями, коростой. Сравните с украинским «шолудивий» — шелудивый. Прозвище Шолудь или Шолудяка давали не столько в насмешку, сколько по внешнему признаку: человек мог переболеть кожной болезнью или просто иметь неопрятный вид. В старину такие прозвища были обыденны и не несли злого умысла — они работали как меткая примета.

Суффикс -як- в основе (Шолудяк) характерен для украинской и белорусской антропонимии: он образовывал прозвища от прилагательных и существительных (например, Глушняк, Дубняк). Затем к этой основе добавился стандартный русский патронимический суффикс -ов, превративший прозвище в фамилию. То есть Шолудяков буквально означает «сын Шолудяка» или «потомок Шолудя». Такая двойная суффиксация — верный признак того, что фамилия сложилась на стыке культур: украинская или южнорусская основа «обрусела» при переходе в официальные документы.

Географически фамилия тяготеет к югу России и востоку Украины. В дореволюционных переписях Шолудяковы чаще всего встречались в Курской, Воронежской, Харьковской губерниях — на территории бывшей Слобожанщины, где смешивались русские и украинские говоры. Сословно носители фамилии были преимущественно крестьянами или мещанами. Дворянских родов Шолудяковых не зафиксировано — слишком прозрачная и неблагозвучная основа не позволяла претендовать на родовитость.

Стоит упомянуть и диалектную вариативность. В некоторых говорах «шолудь» означало не только «шелудивый», но и «плохо одетый, оборванный человек» — смысловая связь прямая: кожные болезни ассоциировались с бедностью и нечистоплотностью. Однако не исключено, что в отдельных случаях прозвище могло быть связано с профессией: шолудями в народе иногда называли тех, кто обрабатывал кожи или шкуры — работа грязная и оставлявшая следы на руках. Но эта версия менее убедительна: профессиональные прозвища обычно образовывались от названий ремесла, а не от внешнего вида работника.

Фамилия Шолудяков — живой пример того, как народная наблюдательность и местный говор закрепились в родовом имени. Носителю этой фамилии не стоит смущаться её основы: в историческом контексте это лишь документальное свидетельство того, что его предок был узнаваем по какой-то особенности, которую в той среде не считали оскорбительной.