Фамилия Шорчев — одна из тех, где на первый взгляд ясный корень оказывается ловушкой. Проще всего было бы связать её с «шорцем» — жителем Шории, исторической области на юге Сибири. Но это ошибка. Фамилия Шорчев не имеет отношения к шорцам: суффикс -ев указывает на русскую модель образования от прозвища или имени, а не на этноним. Шорцы стали широко известны в XIX веке, когда фамилии у русских крестьян уже сформировались, и называть так человека могли бы разве что в шутку, но массового следа это не оставило.

Куда вероятнее, что в основе лежит прозвище Шорч — вариант слова «шоркать» (шаркать, тереть, скрести). В северных и центральных говорах «шорчать» означало издавать шуршащий звук, тереть, а «шорч» — нечто вроде скребка или человека с шаркающей походкой. Так могли прозвать либо того, кто ходил, шаркая ногами, либо мастера, работавшего с трением: например, точильщика, столяра, чистильщика. Суффикс -ев типичен для фамилий, образованных от прозвищ на мягкий согласный (ср. Ключев, Рыжов, Борщов).

Менее распространённая, но возможная версия — связь со словом «шорник» (мастер по изготовлению конской упряжи). В некоторых диалектах «шорч» могло быть сокращённой формой, как «кузнец» → «кузнеч». Однако тут нет прямых лингвистических подтверждений, и версия с «шоркать» выглядит надёжнее.

Географически фамилия Шорчев редкая. Встречается в основном в центральных и южных областях России, единичные случаи — на Урале. В дореволюционных переписях она не фиксируется как дворянская или купеческая; скорее всего, это крестьянская или мещанская фамилия, возникшая в среде, где прозвища давали по характерной черте поведения или занятию.

Если сравнивать с однокоренными, то Шорчев стоит в одном ряду с Шорниковым, Шорхиным, Шоркиным. Но у Шорчева основа короче и звучит более архаично — такое прозвище могли дать ещё в XVI–XVII веках, до того как «шорник» стал общеупотребительным названием профессии.