Фамилия Штиглец — яркий пример немецкого по происхождению прозвища, которое закрепилось в качестве фамилии. Её основа — немецкое слово «Stieglitz», что означает «щегол». Эта птица, известная своим ярким оперением и звонкой песней, в немецкой культуре часто ассоциировалась с щегольством, нарядностью и бойким характером. Прозвище Штиглец могли дать человеку, который любил ярко одеваться, был заметен в обществе или обладал веселым, «чирикающим» нравом. В этом смысле фамилия близка по образности к русским прозвищам от названий птиц — Соловьёв, Воробьёв, Соколов, но с другим культурным кодом.

Словообразовательная модель здесь проста: немецкое нарицательное существительное перешло в фамилию без изменений, без русских суффиксов -ов, -ин или -ский. Такие «чистые» заимствования характерны для фамилий, которые появились в России вместе с переселенцами из немецких земель — в первую очередь, в Прибалтике и в Поволжье. Фамилия Штиглец (Stieglitz) относится к так называемым «говорящим» фамилиям, которые сразу указывали на особенность первого носителя.

Наибольшую известность в России фамилия получила благодаря барону Александру Людвиговичу Штиглицу (1814–1884) — крупнейшему финансисту, промышленнику и меценату. Его отец, Людвиг Штиглиц, основал банкирский дом, а сын, будучи придворным банкиром, управлял финансами Российской империи и завещал огромные средства на создание Центрального училища технического рисования (ныне Санкт-Петербургская художественно-промышленная академия имени А. Л. Штиглица). Однако важно понимать, что эта дворянская ветвь — лишь одна из многих. Подавляющее большинство носителей фамилии Штиглец в России и странах бывшего СССР — потомки немецких ремесленников, крестьян или мещан, переселившихся в XVIII–XIX веках.

С точки зрения географии, фамилия Штиглец довольно редка для русской среды. Её концентрация традиционно высока в регионах, где существовали немецкие колонии: в Поволжье (Саратовская, Самарская губернии), на юге Украины и в Прибалтике. После депортаций советского времени носители фамилии рассеялись по Сибири, Казахстану и Уралу. В современной России фамилия сохраняет яркую этническую маркировку — она почти всегда указывает на немецкие корни, даже если носитель давно говорит только по-русски.

В ономастическом плане фамилия интересна тем, что её русское бытование нередко искажало произношение. В немецком ударение падает на первый слог — «ШтИглиц», тогда как в русском языке под влиянием фамилии барона закрепился вариант с ударением на второй слог — «ШтиглИц». Это типичный пример адаптации иноязычной фамилии к фонетическим привычкам новой языковой среды.