Фамилия Штроткин — редкий пример, где русский суффикс -ин наращен на немецкую основу. В отличие от фамилий на -ов, которые образуются от существительных с твёрдой конечной согласной, -ин крепится к основам на -а/-я и к мягким или шипящим согласным. В слове «Штроткин» основа явно иноязычная: немецкая фамилия или прозвище Штротке (Strotke) или Штротка. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — «сын Штротки» или «человек из семьи Штротке».

Сама немецкая основа восходит к нижненемецкому или средневерхненемецкому слову Strot(e) — «куст, заросли» или «прут, хворост». В диалектах Северной Германии Strotke могло означать «заросший участок» или «человек, живущий у кустарника». Встречается и вариант Strotmann — «человек из зарослей». Таким образом, первый носитель фамилии Штроткин, скорее всего, был потомком немца-колониста, которого прозвали по месту жительства или по занятию — например, плетением корзин из прутьев.

Исторически фамилия могла появиться в России в XVIII–XIX веках, когда в Поволжье и на юге империи селили немецких переселенцев. При адаптации к русскому языку фамилию русифицировали, добавив типичный русский суффикс. Встречаются единичные случаи бытования Штроткиных в бывших немецких колониях Саратовской губернии, а также среди обрусевших немцев в Сибири.

Словообразовательная модель проста: корень Штрот- + суффикс -к- (уменьшительный или фамильный в немецком) + русский суффикс -ин. Написание без удвоенной «т» и без «е» на конце — результат упрощения при записи в российских метриках. Фамилия настолько редкая, что не попала в основные ономастические словари — ни у Унбегауна, ни у Никонова. Это указывает на её локальный и поздний характер.

Если сравнивать с однокоренными: Штрот, Штроте, Штротман — все они остались в немецком варианте, а Штроткин — единственный, кто получил русский суффикс. Это говорит о полной ассимиляции семьи: носители фамилии уже в первом поколении говорили по-русски и записывались в православные или лютеранские книги как русские подданные.