Фамилия Силовникс — редкий случай в русской ономастике, и первое, что бросается в глаза, — её окончание. Типичные русские фамилии заканчиваются на -ов, -ин, -ский или -их. Форма на -икс абсолютно нетипична для исконно славянского словообразования. Скорее всего, перед нами латышизированный или онемеченный вариант, возникший на стыке культур.

Основа фамилии — «Силовник» — прозрачна. В русском языке «силовник» — это человек, связанный с силовыми структурами: военный, полицейский, сотрудник госбезопасности. Однако прозвище Силовник могло возникнуть и раньше, в XVIII–XIX веках, когда слово ещё не имело строгого бюрократического оттенка. Им могли окрестить физически крепкого, властного человека или того, кто работал с «силой» — например, кузнеца, молотобойца, бойца.

Как основа «Силовник» превратилась в «Силовникс»? Вероятнее всего, это произошло в Латвии или Эстонии, где в XIX веке при оформлении документов русские фамилии нередко получали латышские или немецкие окончания. Суффикс -s (в русской передаче -кс) — типичное латышское окончание мужского рода. Таким образом, крестьянин или мещанин с прозвищем Силовник при переписи мог быть записан как Silovniks. Встречаются и варианты через «кс» — Силовникс, что могло быть следствием немецкого канцелярского влияния.

Есть и другая, менее вероятная версия: искусственное происхождение фамилии в советское время. В 1920–1930-х годах, когда в моду вошли «революционные» фамилии, кто-то мог взять псевдоним Силовникс, соединив русский корень «сил» с модным в то время латинизированным окончанием (по аналогии с фамилиями вроде Сталин, Молотов, но с другим суффиксом). Однако эта гипотеза слабее, так как в реальной ономастике такие искусственные конструкции встречаются редко и обычно не закрепляются в поколениях.

Географически фамилия Силовникс сегодня почти не встречается в России. Основной ареал — Латвия и, возможно, прибалтийские общины в других странах. Носители такой фамилии — потомки тех, кто когда-то носил прозвище, связанное либо с профессией, либо с личной силой, и чья фамилия была адаптирована под местные языковые нормы.