Происхождение
Фамилия Симоненкова
Фамилия Симоненкова происходит от крестильного имени Симон, которое в переводе с древнееврейского означает «внимающий». Это имя носил один из двенадцати апостолов — Симон Кананит, прозванный также Зилотом, что значит «ревнитель». Такое прозвище закрепилось за ним за особое усердие в вере.
Словообразовательная модель здесь простая и прозрачная. От имени Симон через уменьшительную форму Симоненко (буквально «маленький Симон», «сын Симона») возникла фамилия. Суффикс -енк- типичен для украинской и южнорусской традиции, где так обозначали потомка по отцу. Затем добавился русский матримониальный суффикс -ова, который указывает на жену или дочь. То есть Симоненкова — это «женщина из рода Симоненко», и такая форма фамилии говорит о том, что в семье был мужчина с фамилией Симоненко.
В отличие от распространённых фамилий на -ов и -ин, форма на -енкова встречается реже и чаще привязана к южным регионам России, а также к территориям современной Украины и Беларуси. Там отчества и фамилии на -енко были массовыми уже в XVII–XVIII веках, тогда как в центральных и северных областях России преобладали иные модели.
Само имя Симон в русской традиции не стоит путать с более частым Симеоном. Оба восходят к одному древнееврейскому корню, но Симон — это более ранняя и краткая форма, которая попала в русский язык через греческое посредничество. В народной среде имя нередко переосмысляли, сближая со словом «сим» или просто сокращая до Симка, отсюда и множество родственных фамилий: Симонов, Симаков, Симоненко, Симончук.
Исторически носители фамилии Симоненкова не принадлежали к какому-то одному сословию. Крестьянские семьи, казачество и мещанство одинаково часто использовали эту форму. В документах XIX века такие фамилии встречаются в исповедных ведомостях и ревизских сказках по Курской, Воронежской и Харьковской губерниям, что подтверждает южный след.
Известных носителей фамилии Симоненкова в общероссийских энциклопедиях нет, но это не умаляет её ценности. Как и большинство русских фамилий, она сохранила память о конкретном человеке — основателе рода, которого звали Симоном, и о той земле, где этот род сложился.