Фамилия Сицкер звучит для русского уха непривычно, и это не случайно: в ней отчетливо виден след иной языковой традиции. Если отбросить характерный суффикс -ер, останется основа «Сицк-», которая отсылает нас к топониму Сицкое. Так называется небольшое село в Чкаловском районе Нижегородской области. Логично предположить, что прозвище Сицкер получил человек, который был выходцем из этого села, — такую модель именования по месту прежнего жительства использовали повсеместно.

Однако сам суффикс -ер указывает на то, что фамилия формировалась под еврейским влиянием. В ашкеназской традиции такие окончания были распространены: они могли указывать на род занятий, происхождение или просто становиться частью фамилии, адаптированной из местных названий. Это не единичный случай: у евреев встречались и куда более причудливые фамилии-метафоры, например Вейценбаум («пшеничное дерево»), Зауэрштром («кислый поток»), Левенфиш («рыба-лев»), Цигенбаум («козье дерево») или Квечман — от выражения, означавшего «высказываться неохотно». На фоне таких примеров фамилия Сицкер выглядит вполне буднично: просто указание на географическое происхождение, переоформленное по непривычной для русского языка модели.

Любопытно, что именно эта фамилия была девичьей у известной русской артистки Любови Успенской. Этот факт добавляет фамилии узнаваемости, хотя и не проясняет, из какого именно региона шли ее предки. Возможно, связь с нижегородским селом Сицкое — лишь одно из объяснений: топонимы с основой «Сицк-» могли встречаться и в других местах, а переселенцы часто уносили название малой родины за сотни километров. Но именно нижегородский вариант — самый реальный и документально подтвержденный след, от которого стоит отталкиваться при поиске своих корней.