Происхождение
Фамилия Слекишина
Фамилия Слекишина — женская форма, в то время как мужской вариант — Слекишин. Это одна из тех фамилий, чья основа настолько редка, что сразу вызывает вопросы. Образована она по стандартной русской модели отчества или прозвища: к основе «Слекиш» добавили притяжательный суффикс -ин, означающий «чей?» — «сын Слекиша» или «человек из семьи Слекишей». Вопрос упирается в то, что же такое «Слекиш».
Здесь возможны две основные версии, и первая — самая прямая. Слово «слекиш» могло быть диалектным прозвищем. В русских говорах, особенно северных и уральских, «слёклый» значит вялый, дряблый, потерявший упругость (чаще про овощи или ткани). От этого прилагательного могли образовать прозвище Слёкыш или Слекиш для медлительного, расслабленного человека. Форма «Слекиш» с буквой «е» вместо «ё» — обычное явление для письменной фиксации, когда звук «ё» заменяли на «е» из-за отсутствия буквы в документах или просторечного произношения.
Вторая версия — топонимическая. Фамилия могла возникнуть от названия населённого пункта, например, деревни Слекишино или Слекишево. Такие названия есть в центральной России (например, в Тверской или Ярославской областях встречаются похожие топонимы, образованные от личного имени Слека или Слекарь). В таком случае основа «Слекиш» — это уже не прозвище, а производное от названия места, где жил основатель рода.
Третья, менее вероятная версия — от имени или прозвища Слека (уменьшительное от Слепок, Слепой, или от древнерусского «слека» — «слепец»). Однако цепочка «Слека — Слекиш — Слекишин» выглядит натянутой: суффикс -иш обычно прибавляется к именам на -а/-я (Илья — Ильиш, Кузьма — Кузьмиш), что делает форму «Слекиш» скорее самостоятельным прозвищем, чем патронимом от имени.
Самая правдоподобная картина: фамилия Слекишин (и Слекишина) возникла в крестьянской среде северных или центральных губерний России в XVII–XVIII веках. Носитель прозвища Слекиш — вероятно, человек с флегматичным характером или медлительной походкой. Из-за редкости основы фамилия сохранилась в основном в локальных очагах — например, в Вологодской или Кировской областях, где такие диалектные слова ещё живы.