Фамилия Спица напрямую связана с прозвищем, которое давали по внешности или роду занятий. Слово «спица» в старину означало «острие на тычок, заостренная палочка, тычинка или жердь». Если отталкиваться от этого значения, то прозвище чаще всего получал очень худой и высокий человек — этакий «живой тычок». Такая версия самая распространенная и логичная: внешние черты в прозвищах всегда ценились наглядно.

Но не менее интересна и «профессиональная» версия. Спицами называли не только инструменты для вязания, но и деревянные гвозди в стропилах, а также упоры для слег, на которые наметывали солому на крыше. Человек, который делал такие гвозди или плотничал на кровле, вполне мог получить прозвище Спица. Получается, что фамилия могла закрепиться и за мастеровым человеком, а не только за долговязым.

В словаре Веселовского есть ранние упоминания, которые подтверждают оба пути возникновения. Например, записан Спица, крестьянин, 1539 год, Новгород. А в 1616 году в Соли Вычегодской упоминается подьячий Василий Спицын. Обратите внимание на разницу: в первом случае это еще прозвище, во втором — уже фамилия с типичным русским суффиксом принадлежности.

Сам суффикс -ин в форме Спицын указывает на притяжательное значение: «чей сын?» — Спицын, то есть сын Спицы. Такая модель образования типична для фамилий, произошедших от прозвищ с конечным гласным или мягким согласным. Сама фамилия Спица в чистом виде, без суффикса, могла закрепиться за человеком напрямую, как это часто случалось в крестьянской среде, где прозвище переходило в фамилию без изменений.

Поскольку основа прозвища многозначна, точную причину его возникновения для конкретного рода уже не установить. Но в любом случае, предки носителей фамилии Спица были либо заметно худощавыми людьми, либо имели отношение к плотницкому делу и строительству крыш. Обе версии имеют равное право на существование, и обе уходят корнями в бытовую наблюдательность наших предков.