Фамилия Стифутин — редкий пример того, как народная память сокращает и перекраивает церковное имя до неузнаваемости. За основой фамилии стоит каноническое имя Евстихий, которое в бытовой, разговорной среде дало множество уменьшительных форм. Одна из них — Стифута — со временем и закрепилась в качестве прозвища, а затем и фамилии. То есть буквально Стифутин — это «сын Стифуты», потомок человека, которого в обиходе звали именно так.

Само имя Евстихий имеет греческие корни и переводится как «счастливый», «удачливый». В святцах оно встречается нечасто, что отчасти объясняет и редкость производных фамилий. Путь от Евстихия к Стифуте типичен для русской ономастики: язык отбрасывает непривычное начало и оставляет наиболее звучное ядро. Подобные трансформации можно сравнить с тем, как Евстафий превращался в Остапа, а Евдокия — в Авдотью. Однако форма Стифута — более редкий вариант, сохранившийся именно в фамильном прозвании.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: Стифутин — «из семьи Стифуты». Такая модель чаще встречается на севере и в центральных русских землях, где имена-основы нередко бытовали в самой разнообразной, порой неожиданной форме. Говорить о точном месте и времени возникновения фамилии сложно: процесс становления русских фамилий растянулся на столетия, а письменные источники по таким редким именам отрывочны. Но сам факт, что фамилия сохранилась, говорит о живом народном словоупотреблении, где церковное имя переосмысливалось и приспосабливалось к повседневной речи. Сегодня Стифутины — это память о том самом Евстихии, чье имя в официальных документах звучало торжественно, а в семье звучало коротко и по-домашнему: Стифута.