Фамилия Стихальский — редкий пример славянской фамилии, в основе которой лежит не имя и не профессия, а яркое прозвище. Если отбросить сомнительные версии, то перед нами типичная «прозвищная» фамилия, каких много у поляков, украинцев, белорусов и русских. Носитель прозвища Стихалый, судя по всему, был человеком заметным: так в старину называли нервного, причудливого, своенравного человека. В некоторых говорах слово имело иной оттенок — так могли сказать о человеке, который знал много легенд и былин, то есть о сказителе или хранителе народной памяти.

Суффикс -ский в фамилии указывает на модель образования, характерную для шляхетских и дворянских фамилий Польши и Западной Руси. Первоначально такие фамилии закреплялись за землевладельцами по названию их вотчин, но со временем суффикс -ский стал универсальным маркером «благородного» звучания. Его могли добавить к любому прозвищу, чтобы придать фамилии более книжный, престижный вид. Поэтому Стихальские — это, скорее всего, потомки человека, которого окружающие за глаза звали Стихалый, а уже его дети или внуки оформили это прозвище в фамилию по польской или западнорусской модели.

Существует и альтернативная, но менее правдоподобная версия, выводящая фамилию от женского имени. Согласно ей, в основе лежит просторечная форма Стихаля от канонического имени Степанида, которое, в свою очередь, восходит к мужскому Стефан и древнегреческому «stefane» — «венок». В этом случае фамилию следовало бы отнести к метронимическим, то есть образованным от имени матери. Однако эта гипотеза выглядит натянутой: слишком далеки фонетические переходы от Степаниды к Стихале, и слишком очевидна связь с живым прозвищем Стихалый. Слабость версии еще и в том, что метронимические фамилии на -ский встречаются значительно реже, чем фамилии от мужских прозвищ.

О точном месте и времени возникновения фамилии говорить сложно: процесс формирования фамилий у славян растянулся на несколько столетий, а письменные источники по таким редким фамилиям скудны. Ясно одно: перед нами памятник живой народной речи, сохранивший в застывшей форме то, как наши предки метко и образно характеризовали человека.