Фамилия Стралковский — это действительно самобытный памятник еврейской культуры, и чтобы понять её место в ряду других еврейских фамилий, стоит взглянуть на то, как вообще они строились. В ашкеназской среде, то есть среди евреев Центральной и Восточной Европы, фамилии часто оформлялись специальными формантами: -сон/-зон (буквально «сын»), -ман («человек, муж»), -кинд («ребёнок»), -бейн («кость»), -штам («ствол»). Отдельную нишу занимали фамилии-аббревиатуры, как, например, знаменитая фамилия Кац — сокращение словосочетания «коhэн цэдэк», что с иврита переводится как «праведный коэн», то есть священнослужитель. У горских евреев Кавказа прижился грузинский суффикс -швили («дитя»), а евреи Израиля нередко носили фамилии с суффиксами принадлежности -ис/-ес, -и, приставкой бен- («сын») и артиклем рода га-.

На этом фоне окончание -ский выделяет фамилию Стралковский. Такой формант типичен для славянской, прежде всего польской и русской, традиции образования фамилий от географических названий. Он указывает на связь с местом: «тот, кто родом из такого-то места». В данном случае основа «Стралк-» почти наверняка восходит к названию населённого пункта вроде Стралково или Стралкув. Такие топонимы встречаются в Польше и на землях бывшей Речи Посполитой, где веками жили большие еврейские общины. Евреи, переселяясь из местечка в местечко, получали прозвище по тому месту, откуда пришли, и это прозвище со временем закреплялось за их потомками как фамилия.

Сам корень «стралк-» в славянских языках связан со словом «стрела» (польское strzała, белорусское страла). Поэтому первичное значение могло быть двояким: либо указание на ремесло или прозвище предка (например, мастера по изготовлению стрел, меткого стрелка), либо, что вероятнее, просто отсылка к названию деревни, которое уже само произошло от этого слова. Впрочем, для еврейской фамилии более типична именно вторая цепочка: сначала топоним, затем фамилия по месту жительства.

Безусловно, Стралковский — замечательный памятник еврейской культуры, но процесс формирования каждой отдельной фамилии мог быть длительным и не всегда имел привязку только к одной местности. Окончательно говорить о точном времени и месте происхождения именно этой фамилии можно лишь на основании серьёзных генеалогических исследований, которые учитывали бы метрические записи, ревизские сказки и историю конкретных семей. Пока же можно уверенно сказать одно: перед нами яркий пример того, как еврейская идентичность вплеталась в языковую среду окружающих народов, создавая уникальные имена, которые мы сегодня носим.