Фамилия Сукрушев образована от прозвища Сукруш, и в её основе лежит сразу несколько версий, ни одна из которых не выглядит однозначной. Самая простая и лежащая на поверхности гипотеза связывает прозвище со словом «сукрой» — так в русских говорах называли круглый ломоть хлеба, отрезанный во всю ковригу. Прозвище Сукруш в таком случае могло закрепиться за плотным, коренастым человеком либо за тем, кто любил сытно поесть, — подобные «хлебные» прозвища на Руси были не редкостью.

Однако более правдоподобной выглядит версия о тюркском или финно-угорском следе. Дело в том, что фамилия Сукрушев встречается в основном в регионах, где исторически соседствовали русские, татары и коми-пермяки. Если разбирать прозвище по частям, то в коми-пермяцком языке находим «сук» — «густой, крутой», и «руш» — «дряблый, вялый». Сочетание этих корней даёт характерный портрет: человек плотный, но при этом медлительный или рыхлый. Такое прозвище могли дать по внешности или по манере движения.

Не исключено и татарское происхождение: от слова «сукыр» — «слепой». В этом случае прозвище Сукруш могло указывать на слабое зрение предка, а фамилия сохранила память о физическом недостатке, который в те времена не считался зазорным для прозвища.

Словообразовательная модель фамилии типична для русской ономастики: суффикс -ев присоединяется к основе Сукруш, указывая на принадлежность роду человека по прозвищу. То есть Сукрушев буквально означает «сын Сукруша». Такая модель характерна для фамилий, которые закрепились в крестьянской и посадской среде в XVI–XVII веках, когда прозвища отцов переходили к детям и внукам.

Интересно, что фамилия сохранила редкий для русского уха корень, который не дал множества однокоренных ответвлений. Это говорит о том, что прозвище Сукруш не было широко распространено, а возникло в конкретной местности, вероятно, на стыке культур. Сравните с более частотными фамилиями от тюркских корней — Сукрины или Сукмановы, — и увидите, что Сукрушев стоит особняком.

Выбрать одну версию сложно, но тюркская или коми-пермяцкая основа выглядит убедительнее «хлебной»: слишком уж необычно сочетание звуков для чисто русского прозвища. Скорее всего, предки носителей фамилии жили в Прикамье или на Урале, где русские переселенцы тесно общались с местными народами, а прозвища часто рождались из смешения языков.