Фамилия Сущие — редкий пример того, как церковнославянское по происхождению слово закрепилось в качестве родового именования. Вопреки ожиданиям, в основе фамилии лежит не глагол «существовать», а прозвище Сущий, которое давали человеку в XVI–XVII веках. Разобраться с его значением непросто: ономасты предлагают как минимум две версии, и обе имеют право на жизнь.

Первая гипотеза отсылает к прилагательному «сущий» в значении «настоящий, истинный, подлинный». В этом случае прозвище носило ярко выраженный положительный оттенок: так могли назвать правдивого человека, чьё слово не расходилось с делом. Вторая версия выглядит неожиданно, но не менее убедительна. В диалектах русского Севера и в Поволжье словом «сущ» или «сущик» называли вяленую или сушёную мелкую рыбу — преимущественно окуня и ерша, а также снетков. Тогда прозвище Сущий получал либо рыбак, промышлявший такой ловлей, либо просто любитель сушёной рыбы. Слабость этой версии в том, что она требует устойчивой местной традиции прозвищ от названий пищи, а такие случаи в ономастике действительно встречаются, но не массово.

Словообразовательная модель фамилии проста: прозвище Сущий перешло в фамилию без изменений, по типу украинских и южнорусских фамилий на -ий. Подобные бессуффиксные фамилии — Сущий, Живой, Милый — фиксировались преимущественно на землях современной Украины и в пограничных с ней русских губерниях. Форма Сущие, которую мы видим сегодня, — это либо русифицированное окончание множественного числа от «Сущий», либо указание на то, что фамилия закрепилась за целым родом, «сущими» людьми.

Точное место возникновения фамилии назвать сложно: процесс перехода прозвища в наследственное имя растянулся на столетия и шёл неравномерно. Показательно, что в документах XVII века встречается и мирское имя Сущий, которое могло даваться ребёнку как пожелание честной, «настоящей» жизни. Позже прозвище, присоединённое к крестильному имени, постепенно вытеснило его из повседневного обихода и закрепилось в официальных бумагах.

Фамилия Сущие — не частотная, и это делает её особенно интересной для носителей. Она сохранила след сразу двух языковых пластов: книжного, церковнославянского, и живого, диалектного. Сегодня, когда фамилия встречается в основном в центральной России и на юге, её происхождение остаётся загадкой, которую каждый носитель может решить в пользу той версии, что ближе его семейной истории.