Фамилия Сюсипукин — один из самых ярких примеров того, как русская речь переосмысляла иностранные слова на слух. Её основа — не древнерусское имя и не прозвище по профессии, а французское выражение «je suis pouquin» (современное написание — je suis peuquin), что значит «я крестьянин» или «я мужик». В XVIII–XIX веках, когда в России было модно говорить по-французски, особенно среди дворян и образованных людей, эту фразу могли повторять вслед за гувернёрами или учителями. Услышав её, русские крестьяне или мелкие служащие запоминали звучание как «сюсипук» и превращали в прозвище — насмешливое, но не обидное. А суффикс -ин закрепил за ним родство: Сюсипукин — буквально «сын того, кого дразнили Сюсипук».

Модель образования здесь нестандартная. Обычно русские фамилии на -ин образуются от основ на -а, -я (Петя — Петин, Кузьма — Кузьмин). Но в случае Сюсипукина основа заканчивается на твёрдый согласный, что типично для суффикса -ов (Иван — Иванов). Однако фамилия закрепилась именно в форме -ин, что говорит о её позднем, книжном происхождении: её могли записать в документах так, как слышалось, не следуя строгим правилам словообразования. Это редкий случай, когда иностранное заимствование «вписалось» в русскую фамильную модель не по законам грамматики, а по аналогии с более привычными фамилиями вроде Пушкин или Галкин.

Если судить по географии, фамилия Сюсипукин почти не встречается за пределами России и не образует плотных гнёзд в каких-то регионах. Единичные носители зафиксированы в центральных областях, на Урале и в Сибири — там, куда в XIX веке ссылали или переселяли крестьян. В дореволюционных списках она попадается редко, что подтверждает её недавнее, «анекдотическое» происхождение: скорее всего, она возникла не в одном роду, а независимо в разных местах, везде, где французская фраза попала на благодатную почву устного пересказа.

Ономастический словарь Б. Унбегауна не упоминает Сюсипукина — фамилия слишком редкая и поздняя для его классических разборов. Однако в работах В. Никонова встречаются похожие примеры «французских» фамилий вроде Шарлатанкин или Манеркин, где иностранное слово становилось прозвищем через комическое переосмысление. Сюсипукин стоит в том же ряду, но с одной особенностью: его основа не просто заимствована, а представляет собой целую фразу, сжатую до одного слова. Это делает фамилию своеобразным языковым курьёзом — живым свидетельством того, как в России осваивали чужую речь, не всегда понимая её дословно.

Никаких известных исторических личностей с этой фамилией не зафиксировано. В советское время она могла вызывать улыбку у чиновников при оформлении документов, но не становилась поводом для смены — носители, судя по всему, относились к ней спокойно. Сегодня Сюсипукин — одна из тех фамилий, которые сразу привлекают внимание необычностью звучания, но за ней стоит обычная бытовая история: кто-то когда-то пошутил, подражая французской речи, и шутка закрепилась в родовом имени.