Фамилия Тирубин — один из тех редких случаев, когда даже опытный ономаст остановится и перепроверит несколько раз. В ней нет привычных русских суффиксов -ов, -ев или -ин, которые сразу указывают на отчество. Окончание -ин здесь есть, но основа — Тируб — звучит совершенно не по-славянски. Это почти наверняка фамилия, образованная от прозвища или имени, пришедшего из другого языка, и географический ключ к ней, скорее всего, лежит на Кавказе или в Закавказье.

Самая правдоподобная версия связывает Тирубина с армянским или тюркским корнем. В армянском языке есть слово «тир» (Тир — бог письменности и мудрости в древнеармянском пантеоне, а также распространенный компонент в именах, например, Тиран, Тируи). Окончание -уб может быть искажением или транслитерацией армянского фамильного суффикса -ян или тюркского -оглы (сын). В таком случае исходная фамилия могла звучать как Тирубян или Тирубоглы, а при записи в русских документах ее упростили до привычного по звучанию Тирубин. Вторая, менее вероятная, но возможная версия — от тюркского слова «тир» (стрела) или «тири» (живой, живучий). Тогда прозвище Тируб мог получить меткий стрелок или, наоборот, человек, который «живуч как стрела», то есть быстр и неуловим.

Суффикс -ин в русском языке обычно указывает на принадлежность: «чей сын?» — «Тирубин». Но здесь он, скорее всего, не столько указывает на отчество, сколько русифицирует иноязычную основу, делая фамилию грамматически удобной для склонения в русской среде. Это типичная история для фамилий, которые появлялись на южных окраинах Российской империи, где смешивались народы и языки. Носители фамилии Тирубин, вероятно, происходят из армянских общин, живших на Кубани, Ставрополье, в Крыму или в городах Закавказья, где в XIX веке активно шла запись местного населения в метрические книги.

С точки зрения сословной принадлежности, никаких однозначных данных нет. Фамилия не встречается в дворянских родословных книгах, что говорит о ее простонародном происхождении. Предки могли быть ремесленниками, торговцами или крестьянами. Уникальность фамилии в том, что она не дает однозначного ответа, а ставит перед исследователем задачу: искать не в славянских корнях, а в истории миграций народов Кавказа и Закавказья. Встречается она крайне редко, и каждый ее носитель — фактически хранитель памяти о сложном этническом котле юга России.