Фамилия Тратонин — одна из тех, чья основа не лежит на поверхности. В ней нет очевидного ремесла или имени. Чтобы понять её происхождение, нужно разобрать словообразовательную модель. Фамилия образована с помощью патронимического суффикса -ин, который в русской традиции указывает на принадлежность: «чей?» — «Тратонин», то есть сын или потомок человека по прозвищу Тратоня.

Корень «трат-» сразу наводит на мысль о глаголе «тратить». Однако напрямую называть человека «Тратой» было бы странно — такое прозвище звучало бы как приговор. Скорее всего, в основе лежит прозвище Тратоня, которое могло относиться к человеку нерасчётливому, расточительному, склонному к бесполезным расходам. В крестьянской среде, где бережливость была добродетелью, подобное прозвище могли дать с иронией или для «защиты от сглаза» — чтобы человек на самом деле не был мотом.

Есть и другая, более редкая версия. В русских говорах слово «трата» могло означать не только расход, но и убыток, потерю, а также «трату» в значении «беда, напасть». Тогда Тратоня — человек, с которым постоянно случаются неприятности, «бедовый». Эта гипотеза менее распространена, но лингвистически возможна: прозвища по несчастливой судьбе тоже давали, чтобы, по народному поверью, отвести настоящую беду.

Фамилия Тратонин не относится к числу широко распространённых. Она редкая и, вероятно, имеет локальное происхождение. Ономастические словари (например, работы Б. Унбегауна) не выделяют её в отдельную статью, что подтверждает её нетипичность. Географически её можно встретить в центральных областях России, но без привязки к конкретному региону. Суффикс -ин указывает на то, что фамилия формировалась в среде, где преобладала модель «чей?» — то есть в северных и центральных русских землях, а не на юге, где чаще использовали -ов/-ев.

Таким образом, предок носителей фамилии Тратонин — человек, получивший прозвище Тратоня за нерасчётливость или за склонность к потерям. Социально это мог быть крестьянин или посадский человек, которого в быту так прозвали соседи. Фамилия сохранила это прозвище в застывшей форме, и теперь оно звучит как нейтральный родовой знак, хотя изначально могло быть насмешливым или обережным.