Фамилия Труськова — женская форма фамилии Труськов, и чтобы понять её происхождение, нужно разобраться с мужским вариантом. В основе фамилии лежит прозвище или мирское имя Трусько. Это уменьшительно-ласкательная форма от слова «трус» — так в древнерусском языке называли не только боязливого человека, но и того, кто колебался, сомневался, был осторожен до нерешительности. Впрочем, прозвище могло быть и «обережным»: родители нарекали ребёнка Трусом в надежде, что он вырастет смелым, — распространённый приём в народной ономастике.

Суффикс -к- в основе (Трусько) указывает на то, что прозвище было образовано по продуктивной модели, характерной для личных имён и прозвищ в XV–XVII веках. Окончание -ов превращает прозвище в фамилию по типу «чей?» — то есть Труськов буквально означает «сын Труська». Такая модель была самой распространённой в центральной России, особенно среди крестьян и служилых людей, и закрепилась в фамилиях после отмены крепостного права.

Географически фамилия Труськов (и, соответственно, Труськова) встречается в основном в центральных и северных областях России — в Вологодской, Костромской, Кировской областях, а также в Поволжье. В некоторых говорах слово «трус» имело дополнительное значение: «кролик» или «заяц», поэтому нельзя исключать, что прозвище могло быть связано с охотой или с внешним сходством — например, с быстрым, пугливым человеком. Однако основная версия остаётся антропонимической: от личного прозвища, характеризующего поведение.

В отличие от многих фамилий, образованных от канонических имён (Иванов, Петров), Труськова имеет ярко выраженную прозвищную природу. Это не аристократическая, а народная фамилия, и её носители в большинстве своём были крестьянами или ремесленниками. Спорных версий происхождения здесь немного: все исследователи сходятся на корне «трус», разница лишь в том, какой оттенок значения считать исходным — отрицательный (боязливость) или нейтрально-бытовой (заяц, кролик). Более правдоподобна версия с человеческим качеством, так как прозвища от названий животных в русской традиции обычно давались по сходству характера, а не по прямому значению.