Фамилия Турочка — редкий случай, когда географическая привязка почти наверняка перевешивает все остальные версии. В отличие от большинства русских фамилий на -ка, которые образованы от уменьшительных имён (Турка от Тур, как Петька от Пётр), Турочка с высокой вероятностью указывает на конкретное место. Речь о селе Турочка в Беларуси, в Гродненской области. Жителя этого села или выходца оттуда и прозвали Турочка — по модели «откуда человек». Такая модель типична для западных регионов: в польской и белорусской традиции фамилии на -ка часто давались по названию деревни или усадьбы.

Если отбросить топонимическую версию, остаётся прозвищная. Основа «тур» в русских говорах — это бык-производитель, а в переносном смысле — упрямый, сильный или похотливый мужчина. Суффикс -очк- придаёт уменьшительно-ласкательный оттенок, что странно для серьёзного прозвища. Скорее всего, если фамилия и возникла от прозвища, то не напрямую, а через отчество: сына Турка (Тура) могли в быту называть Турочка, и это закрепилось как фамилия. Но это более сложная цепочка, чем прямая привязка к селу.

Словообразовательный суффикс -ка в фамилиях — явление нечастое для центральной России. В северных и сибирских говорах он мог означать принадлежность к роду (Турочка — «из рода Туров»), но для фамилии Турочка такое объяснение менее вероятно из-за географической привязки к белорусско-польскому пограничью. В польской ономастике фамилии на -ка (Turka, Turoczka) — норма, и они часто указывают на место жительства, а не на род занятий.

Сословно фамилия не даёт подсказок: её могли носить и крестьяне, и мелкая шляхта. В реестрах Речи Посполитой встречаются Турочки среди мещан и однодворцев. В России после разделов Польши фамилия сохранилась в западных губерниях — Виленской, Гродненской, Минской.

Редкость фамилии — её главная особенность. В современных базах Турочка встречается единично, в основном в Беларуси и на западе России. Если вы носите эту фамилию, с высокой вероятностью ваши предки жили в окрестностях села Турочка или в соседних уездах. Фамилия не переосмыслена в русском языке, не обросла мифами — она осталась точным топонимическим следом.