Фамилия Ультрамарин — редкий случай, когда прозвище образовано не от профессии или внешности, а от цвета. В её основе лежит название ярко-синей краски, которую в старину добывали из лазоревого камня. Слово пришло в русский язык из латыни, где «ultra» означает «сверх», а «marinus» — «морской», то есть буквально «привезённый из-за моря». Так подчёркивали необычность и дороговизну пигмента, который везли издалека.

Прозвище Ультрамарин не могло появиться раньше, чем само слово вошло в обиход. В России это произошло не ранее XVII–XVIII веков, когда европейские красители стали активно использоваться в иконописи, живописи и ремесле. Скорее всего, прозвище закрепилось за человеком, чья работа была связана с красками: маляром, иконописцем, красильщиком тканей или печатником. В те времена ультрамарин применяли для набивки тканей, в книгопечатании и даже для подсинивания белья, поэтому круг профессий достаточно широк.

Фамилия образована по типичной для русской ономастики модели, но с редкой основой. Суффикс нулевой, фамилия совпадает с самим нарицательным словом — так в России иногда закрепляли прозвища без дополнительного оформления. Это отличает её от более частотных вариантов вроде Ультрамаринов, которые могли возникнуть позже, уже от самой фамилии, по аналогии с другими фамилиями на -ов.

Надо сказать, что фамилия Ультрамарин — искусственная или семинарская. Такие фамилии давали в духовных училищах и семинариях в XVIII–XIX веках. Учащимся с «неблагозвучными» или простыми фамилиями нередко присваивали новые, образованные от красивых или значимых слов. Ультрамарин — яркое, запоминающееся слово, которое вполне могло понравиться наставникам, желавшим выделить ученика. В этом случае предки носителя фамилии были, скорее всего, выходцами из духовного сословия.

Версия о происхождении от прозвища красильщика тоже имеет право на существование, но она менее правдоподобна. Слишком уж книжным и редким было это слово в народной речи. Простые ремесленники чаще получали прозвища по конкретному цвету — Синяк, Багров, Чернец, а не по названию дорогого пигмента. Поэтому семинарское происхождение выглядит убедительнее.

Фамилия крайне редкая, и о конкретных исторических носителях сведений почти нет. Это не удивительно: таких фамилий в России было немного, и большинство из них не пережило XX век, когда многие семьи меняли неблагозвучные или редкие фамилии на более привычные. Тем ценнее она для тех, кто её сохранил.