Фамилия Уточников — один из тех случаев, когда прозвище, лёгшее в основу, кажется очевидным, но при ближайшем рассмотрении оказывается не таким простым. На первый взгляд, корень «утк-» отсылает к птице. Однако в русских говорах слово «утка» имело и переносные значения: так могли называть человека с характерной походкой вразвалку, а в некоторых диалектах — даже ленивого или простоватого человека. Но есть и вторая, менее известная версия: в старину «уткой» называли узкую лодку-долблёнку, выдолбленную из цельного ствола. Если предок был лодочником, перевозчиком или рыбаком, прозвище Уточник могло указывать именно на род занятий, а не на внешность или характер.

Сама фамилия образована по продуктивной модели: к основе «уточник» добавился патронимический суффикс -ов. Таким образом, Уточников — буквально «сын Уточника» или «потомок человека по прозвищу Уточник». Эта модель типична для центральной России и Поволжья, где фамилии на -ов составляют большинство. Интересно, что фамилия Уточников встречается значительно реже, чем, скажем, Уткин, хотя корень тот же. Это объясняется тем, что суффикс -ник указывал на человека, связанного с предметом профессионально: гончар — горшок, а уточник — утка (и лодка, и птица). То есть это не просто «относящийся к утке», а «тот, кто имеет дело с уткой».

Географически фамилия тяготеет к южным и центральным областям России, особенно к бывшим губерниям Тульской, Рязанской и Курской. В этих местах охота на водоплавающую дичь и рыболовство были распространёнными промыслами, что делает версию с ремесленным прозвищем более правдоподобной. В дворянских родословных книгах Уточниковы не значатся — фамилия явно крестьянского или мещанского происхождения, что подтверждается и её «говорящим» характером: такие фамилии редко давали высшим сословиям.

Любопытная деталь: в некоторых старообрядческих общинах фамилия Уточников могла возникнуть как прозвище по названию птицы, но не в бытовом, а в символическом смысле. Утка в народной культуре считалась птицей, связанной с водной стихией и плодородием, поэтому прозвище могло быть дано с добрым пожеланием, а не с насмешкой. Впрочем, это лишь гипотеза — прямых подтверждений в письменных источниках XVII–XVIII веков для этой фамилии пока не найдено.