Происхождение
Фамилия Верхочуб
Фамилия Верхочуб — один из тех редких случаев, когда прозвище, лёгшее в основу, почти не требует расшифровки. Она буквально описывает человека: «верх чуба». В старину чубом называли не только казацкий оселедец, но и любую прядь волос, спадающую на лоб или зачёсанную наверх. Верхочубом могли прозвать того, кто носил особенно заметный, торчащий кверху чуб — либо по моде, либо из-за непослушных волос. Никакой иронии или тайного смысла здесь нет: прозвище чисто портретное, внешнее.
Словообразовательная модель проста: основа «верхочуб» + нулевой суффикс. Фамилия застыла в форме чистой основы, без типичных для русских фамилий суффиксов -ов/-ев, -ин или -ский. Это указывает на её украинское или южнорусское происхождение. В украинской ономастике такие «голые» фамилии (Коваль, Гончар, Чуб) встречаются часто, а Верхочуб — прямое тому продолжение. Если бы фамилия формировалась в северных или центральных русских землях, она почти наверняка получила бы окончание: Верхочубов или Верхочубин.
Ударение в фамилии, скорее всего, падает на последний слог — Верхочуб, что тоже характерно для украинской модели. Встречается она в основном в исторических областях Слобожанщины, Черниговщины и на Кубани, куда переселялись запорожские казаки. В дореволюционных метрических книгах и ревизских сказках XIX века носители фамилии Верхочуб фиксируются преимущественно как крестьяне и казаки, что логично: прозвища такого типа давали в среде, где человека называли по приметной черте, а не по должности или роду занятий.
С точки зрения лингвистики фамилия примечательна ещё и тем, что сохранила архаичную форму сложного слова. В современном русском языке мы бы скорее сказали «с верхним чубом» или «чуб вверх», но предки склеили два корня напрямую, без соединительной гласной. Такая модель (основа глагола или прилагательного + существительное) редка: из известных аналогов можно вспомнить разве что фамилию Держиморда или Вертихвостов, но там другой принцип. Верхочуб стоит особняком — это чисто описательное, «назывное» прозвище, которое не переосмыслили в веках.