Фамилия Вильфанд — редкий случай, когда происхождение почти прозрачно, а география сразу указывает на вероятный путь в русский язык. Это не славянская и не тюркская фамилия, а немецкая или еврейская (ашкеназская), причем в обоих случаях корень один: немецкое «Wild» (дикий) и «Fang» (ловля, улов). Буквально — «дикая ловля» или «ловля дичи». В немецком языке слово Wildfang имеет два значения: прямое — охота на диких зверей, и переносное — сорванец, непоседа, озорник. Скорее всего, фамилию дали предку как прозвище за буйный или неусидчивый нрав, а не за профессию охотника, хотя и такой вариант исключать нельзя.

В немецкой традиции фамилии на -fand, -fang встречаются в основном в западных и южных землях. Однако в Россию фамилия Вильфанд попала, вероятнее всего, через еврейское население черты оседлости. В XIX веке при присвоении фамилий евреям Российской империи часто брали за основу немецкие слова из-за бюрократического влияния немецкоязычных чиновников или из-за бытового языка идиш, где слово «вилдфанг» тоже означало «сорванец». Таким образом, носители фамилии в России, Украине, Беларуси — это потомки тех, кого когда-то назвали озорниками.

Интересно, что фамилия не изменила форму при русификации: не появилось типичных суффиксов -ов или -ин. Вильфанд так и остался «чистым» немецким сложным словом. Это указывает на относительно позднее оформление фамилии — скорее всего, в первой половине XIX века, когда административная машина уже фиксировала фамилии в том виде, в каком их подавали, не перекраивая на славянский лад. Фонетически фамилия устойчива: ударение в русском языке почти всегда падает на первый слог — Ви́льфанд, хотя в немецком оригинале оно могло быть на второй части.

С точки зрения социального контекста, носители фамилии Вильфанд в дореволюционной России чаще всего были мещанами или купцами, реже — ремесленниками. В среде крестьянства эта фамилия почти не встречалась, что тоже косвенно подтверждает её городское, местечковое происхождение. Сегодня самая известная ветвь — потомки Романа Вильфанда, советского метеоролога, чей сын стал знаменитым синоптиком, но это уже частный случай, а не типичная судьба фамилии.