Происхождение
Фамилия Виризей
Фамилия Виризей — редкая и неочевидная. Её происхождение не лежит на поверхности, поэтому сразу отбросим стандартные модели на -ов/-ин. Суффикс -ей указывает на то, что перед нами, скорее всего, фамилия, оформленная по южнославянскому или западнорусскому образцу (сравните: Матвей, Тимофей, но в фамилиях — Андрей, Сергей). Однако в русской традиции фамилии с таким окончанием часто возникали из прозвищ или личных имён, где -ей — это не суффикс, а часть корня.
Корень «вири-» заставляет задуматься о двух версиях. Первая: он восходит к латинскому vir — «мужчина, муж». В этом случае прозвище Виризей могло означать «мужественный», «настоящий мужчина». Такое прозвище могли дать за силу, твёрдость характера или, наоборот, иронично — щуплому человеку. Вторая версия: связь с греческим словом «ирис» (радуга) через диалектное «вир» или «вирей» — так в некоторых говорах называли омут, водоворот. Тогда прозвище могло относиться к человеку, жившему у опасного места на реке, или к тому, кто отличался переменчивым нравом.
Наиболее правдоподобна первая гипотеза, поскольку фамилии с латинскими корнями через церковную или учёную среду проникали в русский быт, особенно в среде духовенства. Семинаристы нередко получали фамилии, образованные от латинских слов, как кальки или прямые заимствования. Виризей могла быть искусственной семинарской фамилией, означающей «мужественный» — аналог фамилии Мужев или Мужицкий, но с книжным оттенком.
География фамилии узкая. Виризей встречается в основном на юге России и в Западной Сибири, что косвенно подтверждает версию о переселенцах из малороссийских губерний, где были сильны польские и южнославянские влияния на фамилии. В центральных областях России эта фамилия практически не фиксируется.
С точки зрения словообразования, фамилия уникальна: в ней нет ни типичного русского суффикса принадлежности, ни окончания на -ский. Она стоит особняком, и её носители, скорее всего, происходят из узкого круга семей, получивших прозвище или фамилию от одного человека. Точных данных о сословной принадлежности нет, но семинарское происхождение предполагает, что предки могли быть выходцами из духовного звания или образованных горожан.