Фамилия Воевада — редкий случай, когда в основе лежит не имя и не профессия, а практически прямая речь, застывшая в прозвище. Если разобрать её на слух, слышится глагол «воевать» и окончание, похожее на обращение. Скорее всего, так в старину могли прозвать человека, который постоянно с кем-то ссорился, задирался или был неуживчивым. В диалектах северных и сибирских говоров «воевать» означало не только военные действия, но и просто браниться, скандалить. Прозвище Воевада — это, по сути, характеристика: «тот, кто всё время воюет (скандалит)».

С точки зрения словообразования, фамилия стоит особняком. В ней нет типичных русских суффиксов принадлежности (-ов, -ин, -ский). Формант -ада в русской ономастике почти не встречается; он больше характерен для южнославянских языков (сербского, болгарского), где подобные прозвища на -ада обозначают деятеля. Но в русском контексте это, вероятно, не заимствование, а местное окончание, которое могло возникнуть из обращения: «Воевада!» (как «молодца» или «гуляка»). Фамилия закрепилась в форме именительного падежа, а не родительного, что указывает на её прозвищное, а не патронимическое происхождение.

География фамилии узкая. Воевада — фамилия почти исключительно донская и кубанская. В реестрах казачьих войск XIX века она встречается в станицах на Нижнем Дону и в Запорожье. Это не случайно: у казаков прозвища были особенно живучи, и прозвать «Воевадой» могли как отчаянного рубяку, так и просто горластого спорщика. В метрических книгах Области Войска Донского за 1800-е годы попадаются именно такие формы, без переделки в «Воеводин» или «Воевадов».

В отличие от фамилии Воеводин, которая образована от названия должности (воевода), Воевада — это именно прозвище по поведению. Разница принципиальная: воевода — начальник, а Воевада — человек, который сам воюет, часто без чинов и званий. Поэтому предки носителя этой фамилии были не администраторами, а рядовыми казаками или вольными людьми, получившими кличку за свой нрав.

Написание фамилии устойчиво: двойное «а» на конце — не ошибка, а историческая особенность. В документах XVIII–XIX веков она могла писаться и через «о» (Воевода), но в окончании всегда стояло «а», а не «ъ» или «ы». Современный вариант с двумя «а» — единственно верный для этой ветви рода.