Фамилия Волиторов — редкая и неочевидная по происхождению. На слух она воспринимается как отчество от западного имени или профессии, но на деле её корень почти наверняка русский, хотя и с нестандартным суффиксом.

Если отбросить окончание -ов, остаётся основа «Волитор». В русском языке такого слова нет. Ближайшая параллель — глагол «волить» (хотеть, желать, изъявлять волю), который в диалектах и старой речи означал «иметь склонность, намереваться». От него могло образоваться прозвище Волитор — человек своевольный, поступающий по своей воле, или, наоборот, тот, кто исполняет чужую волю (например, доверенное лицо, волевой исполнитель). Суффикс -тор в русских фамилиях встречается редко и обычно заимствован из латыни или польского (как в фамилиях Инспекторов, Ревизоров). В случае с Волиторовым суффикс, скорее всего, пришёл из книжной или канцелярской среды XIX века: слово «волитель» (тот, кто волит) могли переделать на польский манер в «волитор», а оттуда уже пошла фамилия.

Вторая версия — искусственное происхождение. В семинарской среде, где давали фамилии по латинским или греческим корням, могли образовать Волиторова от лат. voluntas (воля) — как кальку с русской фамилии Волин или Вольский. Но это менее вероятно: семинаристы обычно брали прямые латинские основы (например, Вольфсон или Гуманитаров), а не гибридные.

Географически фамилия тяготеет к центральным и южным областям России, но встречается редко — в основном в единичных записях по Оренбуржью, Волгоградской области и Сибири. Это говорит о том, что род мог быть немногочисленным или фамилия возникла поздно, уже в XIX веке, когда крестьянам давали паспортные фамилии по прозвищам.

Однокоренные фамилии — Волин, Вольский, Воликов — более распространены и прозрачны. Волиторов стоит особняком: он звучит как отчество от названия должности или звания, которого в реальности не было. Это и есть главная загадка — возможно, прозвище Волитор давали человеку, который «волил» за всех, то есть решал за других, или же это переосмысление старого слова «волитель» (повелитель, распорядитель). В любом случае, носитель фамилии может быть уверен: в основе лежит не профессия и не имя, а характер или социальная роль предка.