Фамилия Загнухин — редкий пример, в котором прозвищная основа переплетается с неочевидной географией. На первый взгляд кажется, что корень «загн-» связан с глаголом «загнуть» — загнуть палец, загнуть дугу. Однако в народной речи слово «загнуха» имело иное, куда более конкретное значение. В северных и сибирских говорах «загнухой» называли не просто согнутую вещь, а особую разновидность рыболовного крючка — самодельного, с загнутым жалом, или же саму удочку с таким крючком. Соответственно, прозвище Загнуха мог получить рыбак, который мастерил особенно удачные снасти, либо человек с характерной привычкой — ходить согнувшись, «загнувшись» от тяжелой работы или болезни.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: Загнухин — сын Загнухи. Такая модель типична для прозвищ, оканчивающихся на -а, -я, и широко распространена в северорусских и среднерусских областях. В документах XVII–XVIII веков фамилии на -ин чаще встречались у крестьян и посадских людей, чем у дворян, поэтому можно предположить, что предки Загнухиных были людьми незнатными, скорее всего — рыбаками или ремесленниками, жившими у рек и озер.

Есть и вторая, менее вероятная версия: основа могла произойти от диалектного «загнуха» в значении «упрямец, человек, который гнет свою линию». В этом случае прозвище носило бы психологическую характеристику. Однако первая версия — с рыболовным крючком — подкрепляется тем, что в русских говорах слова «загиб», «загиба» часто имели именно предметное, а не переносное значение.

Фамилия Загнухин крайне редкая. По данным современных телефонных справочников, ее носители в основном сосредоточены в Кировской области и Пермском крае — регионах, где исторически было развито рыболовство на реках Вятка и Кама. Встречается она и в некоторых районах Удмуртии, что косвенно подтверждает севернорусское происхождение: именно оттуда шло заселение Приуралья в XVII–XVIII веках.

Интересно, что однокоренные фамилии — Загибалов, Загнуткин — встречаются чаще, но Загнухин стоит особняком: суффикс -ух- (-уха) в основе придает прозвищу оттенок просторечия и даже некоторой грубоватости, характерной для деревенских прозваний. Сравните: Вертуха, Болтуха, Загнуха. Такие прозвища не давали «за глаза» в официальных бумагах — их фиксировали переписчики со слов односельчан, и это делает фамилию живым свидетельством народной речи, а не книжного именослова.