Фамилия Замрачило — редкий случай, когда прозвище застыло в форме глагольного имени. Перед нами не типичное отчество на -ов или -ин, а образование от глагола «замрачить» — то есть затуманить, затемнить, лишить ясности. В русских говорах слово «мрак» и его производные имели и прямой, и переносный смысл: замрачить могло означать «навести морок», «обмануть», «сбить с толку». Поэтому первый носитель фамилии, скорее всего, получил прозвище Замрачило за характер — человек сумрачный, нелюдимый, либо, наоборот, тот, кто любил морочить голову, путать следы.

Форма на -ило характерна для прозвищ, образованных от глаголов: Губило, Душило, Крутило, Ломило. Такие имена давали по действию или склонности человека. В отличие от фамилий на -ов, которые указывали на отца (чей сын?), прозвища на -ило сразу описывали самого человека. В XVI–XVII веках их нередко записывали в переписи, и лишь позже, при закреплении фамилий, они перешли в неизменном виде.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и украинским землям, где формы на -ило встречаются чаще, чем на севере. Встречаются варианты написания — Замрачила, Замраченко, — но именно Замрачило сохранило первоначальную глагольную основу без суффикса принадлежности. Это редкая черта: большинство русских фамилий «причесали» под отчества, а здесь прозвище устоялось как есть.

В словарях русских фамилий Замрачило не фигурирует, что говорит о его локальном бытовании. Возможно, фамилия возникла в одной-двух деревнях и не получила широкого распространения. Если искать параллели, стоит вспомнить фамилию Мраков — от той же основы, но с другим суффиксом. Замрачило же уникально тем, что в нём слышится не просто мрак, а действие — процесс затемнения или обмана. Человек с такой фамилией мог быть колдуном-морочником, пасмурным мужиком или хитрецом, который «замрачивал» соседей.

Несмотря на редкость, фамилия не исчезла — её можно найти в современных телефонных справочниках и базах данных, в основном на юге России. Она не получила дворянского статуса и не попала в родословные книги, но как памятник народной ономастики ценна именно своей нешаблонностью.