Фамилия Жибуда — редкая и неочевидная для носителя русского языка. Её происхождение, скорее всего, не связано с привычными славянскими корнями, и это первое, что бросается в глаза. В русской ономастике фамилии, оканчивающиеся на -да, часто имеют неславянское происхождение, и Жибуда — не исключение.

Наиболее вероятная версия — это белорусское или западнорусское происхождение от прозвища, связанного с диалектным словом «жыбуда». В белорусских говорах «жыбуда» (или «жыбудак») могло означать нечто несуразное, нескладное, а иногда так называли человека с беспокойным, суетливым характером. Корень здесь — «жы-» (родственный «жить», «живой») и «-буда» (от «будаваць» — строить). Прозвище могло иронически описывать человека, который «живо строит», то есть делает что-то быстро, но неаккуратно, или же, напротив, того, кто постоянно что-то перестраивает и не может успокоиться.

Вторая, менее распространённая версия, отсылает к литовскому влиянию. В литовском языке есть слово «žibutė» — «огонёк» или название цветка (подснежник или фиалка). В пограничных с Литвой районах Беларуси это слово могло превратиться в прозвище Жибуда, а затем закрепиться как фамилия. Фонетически это вполне допустимо: литовское «ž» переходит в русское «ж», а окончание адаптируется под славянскую модель.

Обратите внимание на суффиксальный разбор. Фамилия не имеет типичного русского суффикса принадлежности (-ов, -ин, -ский). Форма Жибуда — это чистое прозвище в именительном падеже, без дополнительного оформления. Такая модель характерна для украинских, белорусских и польских фамилий (сравните: Нехода, Забужда). Это говорит о том, что фамилия закрепилась в той форме, в которой её дали первому носителю, без изменений по падежам в документах.

Встретить фамилию Жибуда можно главным образом в Гродненской и Минской областях Беларуси, а также среди потомков белорусских переселенцев в Сибири и на Дальнем Востоке. Носителей фамилии немного, и она не попала в массовые справочники, что делает её ценной для локальной генеалогии. Если вы ищете своих предков, стоит обратить внимание на метрические книги и ревизские сказки именно западных губерний Российской империи конца XIX — начала XX века.