Фамилия Зигмунтов — редкий случай в русском ономастиконе, когда в основе лежит не славянское имя или прозвище, а западноевропейское. Её ядро — каноническое имя Зигмунд (Sigmund), которое пришло в русскую культуру через польское или немецкое посредство. В средневековой Европе это имя означало «победа» (sigu) и «защита» (munt), то есть «тот, кто защищает победой». В России имя Зигмунд никогда не было массовым, но встречалось у обрусевших немцев, поляков, а также у представителей дворянства, имевшего связи с Речью Посполитой.

Суффикс -ов указывает на типичную для русских фамилий модель притяжательности: Зигмунтов — «сын Зигмунда» или «принадлежащий Зигмунду». Для фамилий, образованных от западных имён, такой суффикс — знак адаптации: носитель фамилии (или его предок) уже жил в русскоязычной среде, где отчество или фамилию оформляли по местным правилам. Сравните: Зигмунтов, а не Зигмундович или Зигмундский — это говорит о том, что основатель рода, скорее всего, был человеком невысокого сословия, но с необычным для крестьянина именем.

Географически фамилия тяготеет к западным губерниям Российской империи — бывшим землям Великого княжества Литовского и Царства Польского. Встречается в Беларуси, на Украине (особенно на Волыни и Подолье), а также у потомков польской шляхты, переселившихся в центральную Россию после разделов Польши. В XIX веке носители фамилии могли быть мещанами, однодворцами или обедневшими дворянами — теми, кто сохранил «нерусское» имя, но уже не имел привилегий.

Спорный момент: иногда фамилию пытаются возвести к еврейскому варианту Зигмунд (через идиш), но это менее вероятно. У евреев Ашкенази фамилии на -ов от имён встречаются редко; типичнее были бы Зигмундсон или Зигмундман. Кроме того, православные метрические книги фиксируют Зигмундов именно как крещёных, а не иудеев. Так что основная версия — польско-немецкое происхождение с последующей русификацией.

В современной России фамилия остаётся малочисленной, но не исчезла. Её носители — потомки тех, кто когда-то носил имя, означавшее «защитник победы», и сумел сохранить эту память в фамильном окончании.